Среда: Омега-день | Глава 9

в 21:24, , рубрики: Киберпанк, книга, научная фантастика, творчество, триллер, Читальный зал

image

Предлагаю вниманию читателей GT девятую главу фантастического романа «Среда: Омега-день».

О чем эта книга?

Каждый день жители Алакосо задают друг другу одни и те же вопросы: куда исчезла Большая земля? придет ли конец их заточению на острове? какая сила загоняет их в ситуации, достойные самых жутких сновидений? Но никто из островитян даже не догадывается, что происходит с ними и Алакосо на самом деле.

Краткий гайд по персонажам

Александр Нобби — математик, программист;
Оливье Пирсон — бывший хозяин отеля;
Ила Пирсон — жена бывшего хозяина отеля;
Хелен Пирсон — дочь бывшего хозяина отеля;
Раламбу — капитан рыбацкой команды «Джон»;
Мамфо — старшая по хозяйству, жена Раламбу;
Джошуа — сын Раламбу и Мамфо;
Робин Фриз — участник рыбацкой команды «Пол»;
Юджин — комендант;
Симо («Колдун») — старший по рыболовству;
Венди — старшая по кухне;
Янус Орэ — врач;
Катя Лебедева — летчица, племянница Януса Орэ;
Адриан Зибко («Коп») — старший по безопасности;
Энтони Морн («Очкарик») — бывший полицейский-стажер, участник рыбацкой команды «Джон».

Несколько слов от автора

Эту историю я писал под впечатлением от таких научно-технических достижений, как Интернет вещей, искусственный интеллект, дополненная реальность, «умные города» и Big Data.
По жанровой принадлежности я бы отнес «Омега-день» к киберфантастике с элементами постапа и психологического триллера.

Заранее благодарю за любые отклики и желаю приятного чтения!

Текст — под катом.

Глава 9
Доверие

71

4 года 8 месяцев и 5 суток с Омега-дня

Четвертое мая не стало обычным рабочим днем для островитян — с утра всех собрали на юго-восточной оконечности Алакосо у заброшенной строительной площадки. Оливье Пирсон когда-то намеревался возвести здесь дельфинарий для увеселения гостей острова и их потомства. Строительство заглохло на стадии заливки фундамента. На бетонном основании, как на каменной скамье и расположились островитяне в ожидании дальнейших указаний.

Юджин и Симо заняли места напротив толпы. Комендант, с равнодушием взиравший на собрание, сидел на «башне» из сложенных друг на друга строительных блоков, Симо встал на такой же «пьедестал» пососедству. На лице Колдуна была нанесена раскраска: одинаковые белые круги вокруг глаз и рта.

Казалось, комендант скучает, слушая речь Симо о Владыке Миров, — изредка Юджин болтал ногами, свешенными с постамента.
— Ему надоело наблюдать, как мы живем в невежестве и губим родную планету! — разорялся Колдун. — И решил он спуститься и все исправить! Но Гиена… Гиена теперь свободна! И она спешит использовать открывшиеся возможности. Она хочет помешать Лахи Кинтана. И теперь она здесь, на Алакосо!

Толпа ахнула от священного ужаса.
Колдун показал вверх, на Зенитное затемнение, которое заполнило уже 90% небосвода, оставив лишь узкую голубую полоску у горизонта. Все дни на Алакосо независимо от погоды теперь были пасмурными — медленные, маслянистые вихри небесного пятна затеняли остров не хуже грозовых туч.

— Мрак над нами ширится, — сказал Симо, — а значит, власть Гиены растет. Времени у нас осталось совсем мало.
Колдун сделал паузу, во время которой островитяне робко перешептывались, поглядывая на Зенитное затемнение.

— Гиена никогда не действует напрямую, — продолжил Симо. — Она отыскивает самого слабого члена сообщества и творит зло его руками. К несчастью, у нас на Алакосо нашелся именно такой человек. Он пошел против коллектива и стал находкой для Гиены. Справиться с этой бедой мы можем только все вместе. Только сообща мы способны помешать Гиене и обезвредить захваченного ей предателя. И сегодня мы этим займемся!
Островитяне дружно захлопали Симо, но Колдун знаком пресек аплодисменты.

— Так! Это еще что такое? — возмутился он и показал на кого-то в толпе. — Что ты себе позволяешь?!
Рыбаки, кухарки и наложницы переглядывались, пытаясь понять, к кому обращается Колдун.
— Ты, ты! Я тебя имел в виду! — вытянул указательный палец Симо. — Назли, твою матушку!
Колдун спрыгнул с «пьедестала» и подбежал к островитянам. Толпа расступилась перед Симо, открыв ему доступ к Назли, который сидел верхом на упавшем бетонном столбике. На голове у рыбака была бесформенная белая шапка с дырочками. Этот головной убор в сочетании с напуганной физиономией Назли вызвал у меня улыбку.

Колдун схватил рыбака за ухо и стащил его с насиженного места.
— Можно было и запомнить за столько лет, идиот! — проворчал Симо. — Верхом сидеть — за Гиену радеть!
Назли с виноватым видом попятился.

— Сейчас, в самое ответственное время, мы должны быть особенно внимательны! Таких грубых ошибок допускать никак нельзя!
Вдоволь насладившись трепетом островитян, Колдун позволил себе улыбнуться и полушутя погрозить Назли пальцем. Затем Колдун отступил на шаг от толпы и, воздев руки к небу, заговорил:
— Владыка миров, добрый Лахи Кинтана!

Симо жестом пригласил толпу продолжить.
— Защиты прошу от ножа и обмана, — подхватил нестройных хор островитян.
— Народу даруй урожай и улов! — прокричал Симо.
— Будь милостив к нам, а с Гиеной — суров, — пробубнили алакосцы.
— Молодцы, — одобрил Колдун и достал из кармана пузырек.

Зубами выдернув пробку, Симо взмахнул склянкой и оросил собравшихся ее пахучим содержимым. Резкие движения Колдуна распугали вившихся поблизости черных бабочек. Островитяне сдержанно поморщились от разлившегося в воздухе зловония. Из чего Симо готовил эту пакость, я так и не узнал.
С лучезарной улыбкой Колдун оглянулся на Юджина, передавая ему слово.
— Стройтесь в одну шеренгу, — приказал комендант.

72

Мы продвигались вперед со скоростью умирающей улитки. Похоже, Зенитное затемнение пропускало ультрафиолет — несмотря на то, что Солнце уже спряталось за темным пятном, мой загривок здорово припекало. Я пытался прикинуть, сколько шагов остается до Восточной рощи с ее спасительной тенью.

Симо и Юджин выстроили почти всех островитян в одну шеренгу. Я опасался повторения событий четырехлетней давности, но руководство, к счастью, решало иные задачи. Стоящим в шеренге было приказано двигаться на север параллельно друг другу, и мы починились.

Слева от меня, выдерживая интервал в пять метров, плелся закутанный в платок Ив с котом на руках. Левее Ива шествовал Морн. Энтони торжественно вытянул шею и, как было велено, крутил головой, высматривая цель. Еще левее шли рыбаки Изельди и Рапулан.

Моей соседкой по другую руку оказалась блаженно улыбавшаяся Ила Пирсон. Правее нее двигались Янус Орэ, Мамфо, старик Ксири, Амо и Куса.

Расходуя на каждый шаг по десять секунд, наша шеренга или, как ее назвал Симо, «гребенка», должна была затратить полчаса только на путь до рощи. Сколько времени нам требовалось на прочесывание всего острова, я даже боялся подсчитывать. Сквозь мои невеселые мысли пробились смех и голос Илы Пирсон:
— Как поживаете, мистер Нобби? Не правда ли, замечательный день сегодня?
Я рассеянно кивнул женщине.

— Спасибо нашему руководству! — хихикнула Ила. — Устроили незапланированную прогулку. Как думаете, мы его поймаем?
— Кого?
— Как это кого? — почти возмутилась вдова. — Вы разве не слушали руководство? Ой! Смотрите, какая прелесть!

Ила указала мне на черную бабочку, которая присела на ее ладонь:
— Жаль, Хелен не видит!
— Да, она любилу природу… — согласился я.
— Почему «любила»? — удивилась Ила. — Она и сейчас любит.
Я попытался сделать понимающее лицо.

— У вас такой вид, будто вы считаете, что я спятила, — хохотнула Ила. — Вы умный человек, но ваш интеллект делает вас слепцом. Когда-нибудь вы поймете, что ничего не исчезает из этого мира. Я верю, что Ила была и остается с нами, она лишь поменяла форму, стала чистой энергией. И я ее чувствую. И вы бы чувствовали, если бы не закрывали свои сердце и разум.
Ила отбросила со лба медные волосы и беззаботно рассмеялась. Я вновь прикинул расстояние, отделявшее нас от рощи.

73

Робин Фриз спал в ложе, образованном мощными ветвями слоанеи. От ветра беглеца защищал шаткий навес из валежника и каких-то тряпок.

Одежда Робина была вымазана в грязи, руки и ноги его пестрели не только татуировками, но и большим количеством порезов и ссадин. По воспаленной коже и длинным грязным волосам шныряли муравьи, временами заползавшие в раскрытый рот. Рука беглеца сжимала запотевшую изнутри пластиковую бутылку.

Громкий храп Робина разносился далеко от слоанеи, но это совершенно не отпугивало черных бабочек, которые упорно нарезали вокруг дерева круги.
— Что? — вскрикнул Робин, внезапно проснувшись. — Кто идет?
Фриз резко вскочил, сбив головой часть навеса. Беглец испуганно озирался по сторонам и прислушивался.

— Это я понял! — сказал он, зажмурившись и приложив к вискам указательные пальцы. — Откуда? Откуда они идут?
Бабочки, до сих летавшие в окрестностях слоанеи, вдруг начали бессильно пикировать на землю. Напрягая слабое зрение, Фриз с недоумением наблюдал за этим странным явлением.

74

Мамфо и Симо отстали от «Гребенки», задержавшись на поляне где-то в центре Восточной рощи. Деревья обрамляли площадку вогнутой цилиндрической стеной. Среди листвы благородного оттенка сверкали крупные белые цветы из пяти лепестков — белых по краям и плавно желтевших в направлении темной сердцевины. Черные бабочки, несколько минут назад вернувшиеся к жизни, порхали среди ветвей, но проявляли к цветам полное равнодушие.

Мамфо взялась за ветку и кокетливо отгородилась ей от Симо. У Колдуна не получалось заглянуть в глаза Мурены, как он ни выгибал спину.
— Это окончательное решение? — проговорил Симо чуть севшим голосом.
Мамфо кивнула, продолжая созерцать траву под ногами.
— Скажи честно, это из-за Джошуа? — спросил Колдун.

Мурена стиснула зубы, отчего ее черты заострились.
— Из-за него? — настаивал Симо.
Обнаженные зубы Колдуна делали его похожим на ретивого мустанга.
— Мы отстали от остальных, — промолвила Мамфо и, обойдя Колдуна, покинула поляну.
Симо еще долго стоял у дерева, задумчиво глядя вслед старшей по хозяйству, а затем последовал тем же путем. Открыв в растерянности рот, Колдун брел через рощу туда, откуда доносились треск веток и голоса участников «гребенки». Но не успел он отойти от поляны и на десять шагов, как внезапно остановился — нечто невдалеке от тропы привлекло его внимание.

Джошуа, одетый в футболку с красными рукавами, стоял спиной к Колдуну почти вплотную к стволу слоанеи. Мальчик будто бы высматривал что-то на вершине дерева.
— Эй, — окликнул Джошуа Колдун и шагнул к ребенку.
Симо навострил уши — как оказалось, Джошуа что-то безостановочно и монотонно тараторил.

75

Стуча ножом по деревянной доске, Венди крошила батат на кубики. В полминуты она покончила с очередным корнеплодом и смахнула кусочки овоща в кастрюлю с кипящим бульоном.
За спиной у Кухарки раздался пронзительный птичий крик. Венди с улыбкой оглянулась, затем взяла двумя пальцами прилипший к доске кубик батата и подошла к шкафчику, на котором стояла клетка с попугаем. Зеленая птица с высоким желтым хохолком сидела неподвижно, крепко обхватив жердочку когтями.

Венди склонилась над клеткой и поднесла кубик к прутьям. Попугай с любопытством придвинулся к краю жердочки. Однако Венди не спешила отдавать птице кусочек батата.
— Венди — кормилица! Венди — красавица! — медленно, с выражением проговорила кухарка.
Женщина выжидательно уставилась на попугая, но тот лишь неотрывно следил за кубиком, лежавшим у Венди на пальце.

— Венди — кормилица! Венди — краса…
Кухарка вздрогнула от внезапного стука в дверь. Кусочек батата сорвался на пол, а Венди так и замерла у клетки с поднесенным к прутьям пальцем. Через плечо она оглянулась на дверной засов. Когда стук повторился, Венди поспешила к двери. Задвижка щелкнула, и на лицо кухарки упал свет серого дня и тень гостя.
— Ой, — сорвалось с губ Венди.

76

Симо нагнал Юджина, идущего через Восточную рощу в составе Гребенки. Вид у Колдуна был такой, будто за ним гналась Гиена. Старший по рыболовству нетерпеливо схватился за рукав коменданта, но тот с негодованием отдернул плечо.

— Слушай, коми, ты сегодня видел Джошуа? — приглушенно спросил Симо.
— Нет, — отозвался Юджин. — Что с ним?
— Он шатается по острову и…
— И?
— С ним что-то не так, — посетовал Колдун.
— Говори яснее.

Симо покосился на рыбака Назли, который шагал пятью метрами правее Юджина, раздвигая кусты длинной палкой.
— Что-то не так с мальчишкой, — громко прошептал Симо. — Точно знаю, чувствую.
— Нельзя ему гулять сегодня, — сказал комендант. — Опасно.
— Да, от Фриза можно всего ожидать.
— Куда пошел Джошуа?
— Сказал, что идет на пляж.
— Присмотри за ним, — распорядился комендант. — А лучше отведи к Мамфо в отель.
— Как скажешь, коми, — кивнул Симо и отправился на запад.

В полном одиночестве Джошуа строил на пляже замок из мокрого песка. Мальчик что-то напевал себе под нос, но шум прибоя делал его песню беззвучной. Увлеченный строительством, Джошуа не заметил появившегося из рощи Симо.

Мальчик понял, что больше не один на пляже, когда тень Колдуна упала на песчаную постройку. Увидев, кто нарушил его одиночество, Джошуа продолжил ползать вокруг замка — лишь немного выпяченная нижняя губа выдавала его отношение к гостю.

— Что мне сделать, чтобы ты перестал меня ненавидеть, голубчик? — устало спросил Колдун.
Мальчик отряхнул руки от песка и поднял голову, очевидно собираясь что-то ответить, но в следующие миг на лицо его упали зловонные коричневые капли. Морща нос, Джошуа принялся вытирать лоб и щеки.
— Владыка миров, добрый Лахи Кинтана… — начал Колдун, заткнув пузырек пробкой.

77

От тарелки с нутово-бататным супом поднимался кудрявый пар. Каждая вторая секунда отмечалась звонким стуком металла о фаянс — Фриз работал ложкой с интенсивностью промышленного агрегата, не забывая при этом закусывать похлебку ломтем хлеба. Под плеск бульона и лязг зубов тарелка опустела в считанные минуты.

— Венди, — сказал Фриз, вытирая губы. — А можно мне еще твоего супа отведать?
Кухарка оторвалась от окна и улыбнулась сквозь тревогу на лице:
— Ты должен быть осторожен. Они вот-вот здесь появятся.

Улица за окном оставалась пустынной, ветер играл дверью дома напротив. Покачав головой, Венди приняла у Фриза тарелку и снова наполнила ее супом из большой кастрюли.
— Ты меня заставляешь нервничать, — проворчала кухарка, ставя перед Робином очередную порцию.
— Твоя тревога вполне оправдана, — ухмыльнулся Фриз. — Они уже близко! Они уже подходят к поселку! О, я вижу это!

Робин поперхнулся со смеху, но быстро восстановил дыхание и снова замолотил по тарелке.
— Представляешь, что будет, если Юджин и Мамфо узнают, кто не дал Фризу подохнуть с голоду? — проговорил он с набитым ртом. — О, я не завидую тебе, Вен!
Венди с хмурым видом вернулась к окошку.
— Вен, а можно еще хлеба? — не унимался Фриз.
— Ты попадешься! — воскликнула кухарка, протягивая Робину соломенную чашу с булками.
— Что с того? Я хотя бы попадусь сытым.

Венди прижалась щекой к оконному стеклу, пытаясь увидеть, что творится на дальних подступах к поселку.
— Ой! — хлопнула она себя по груди.
— Это всего лишь Мду! — пояснил Фриз. — Он оторвался от остальных, а теперь тащится на рыбацкий берег.

Кухарке оставалось лишь охать и тревожно вздыхать, поглядывая на невозмутимого едока.
— Вен, а эму у тебя не завалялось где-нибудь? — полюбопытствовал Фриз.
— Не сегодня! — запротестовала Туча. — Послушай, Робин, не шути с ними. Если они…
— Венди! Венди! Все под контролем! Забудь об этих недоумках. Времени у меня сколько угодно.
Но кухарке от этих слов было не легче. В который раз она прилипла к окну.

— Венди… — игриво позвал Фриз.
Женщина изможденно вздохнула:
— Вот наглец!
Из шкафчика под подоконником она достала бутылку с желтоватой жидкостью и наполнила стакан для Фриза.
— Я знал, что на тебя можно рассчитывать! — обрадовался Фриз.
— Пей и беги!

Робин встал, поднял стакан над головой и провозгласил:
— За тебя, моя дорогая!
Кухарка не стала смотреть, как Фриз осушает «кубок» в ее честь — она опять прильнула к окну.
— Там кто-то есть! Я их вижу! — пробормотала она.
Фриз потряс стаканом, стряхивая в рот последние капли эму.
— Неплохо! Очень даже, — заметил он.
— О, горе мне! — простонала кухарка.
— Спасибо за теплый прием и угощение, — поклонился ей Робин.

Прохаживающейся походкой он направился к двери, без колебаний распахнул ее и вышел на улицу. Венди некоторое время наблюдала за Робином с порога, а потом заперлась.
Поселок выглядел, как город-призрак Дикого запада — пустынная дорога между двумя рядами одноэтажных построек. Кое-где на улице танцевали песчаные вихри. В мусорной куче копались птицы. Горячий воздух дрожал, искажая очертания далеких деревьев.

Фриз почти уже добрался до противоположной стороны улицы, когда с окраины поселка послышался крик Морна:
— Вижу! Вон он! Эй, все сюда! Идет в рощу! Окружай!
По улице прямо к Фризу, громко топоча, помчалась ватага вооруженных кольями рыбаков. Робин чертыхнулся и скрылся за углом ближайшего дома.

78

Нетвердой походкой, приложив ладони к вискам, Симо брел через Западную рощу. Откуда-то поблизости доносились возбужденные крики преследователей Фриза и треск веток.
— Нет, довольно! — пробормотал Колдун, понурив голову.

Симо остановился у ближайшего дерева и прижался лбом к коре. Почти в ту же секунду Колдун отпрыгнул от ствола, словно дерево его ужалило. Симо озирался по сторонам, по-боксерски выставив вперед руки со сжатыми кулаками. Затем он вытянул шею, встал на цыпочки и принялся высматривать кого-то в зарослях.

Неожиданно из кустов на Симо выскочил Назли. Взмокший, разгоряченный погоней рыбак держал двумя руками заостренную деревянную палку — самодельное копье. Под кожей крепких рыбацких рук дыбились валы мышц.
Колдун глядел на Назли, как на незнакомца.

— Старший, — переведя дыхание, заговорил рыбак, — Фриза видели в Поселке! Рванул сюда, в рощу!
Выпучив глаза, Симо попятился от Назли обратно к дереву.
— Старший! — воскликнул рыбак. — Надо бежать! Он где-то здесь, не уйдет!

Не дождавшись реакции Колдуна, Назли помчался дальше, почти сразу исчезнув среди деревьев. Симо шагнул за ним, но тут же остановился, опять схватился за виски и что-то забормотал. Когда кто-то схватил его за плечо, Колдун испуганно вскрикнул. Обернувшись он увидел долговязого Тани, которого неожиданная реакция Симо привела в трепет.
— Ст… — сорвалось с дрожавших губ рыбака.
Симо встряхнул длинными волосами и кинулся в заросли, оставив Тани стоять с разинутым ртом посреди Западной рощи.

79

Фриз опрометью мчался через Западную рощу, то и дело меняя направление в надежде оторваться от преследователей. Робин щурил слезящиеся глаза и обшаривал воздух перед собой вытянутыми руками. От плеч до кистей они были исполосованы царапинами от веток и шипов. Позади слышались резкие возгласы рыбаков и треск веток, которые они ломали на своем пути.

— Робин! — догнал беглеца голос Энтони Морна. — Робин! Мы просто хотим поговорить! Робин, у нас к тебе предложение! Подожди…
Очкарик произнес это с интонацией, какая бывает у людей, уверенных, что обращение по имени — главный козырь переговорщика.

Робин лишь ускорил бег, хоть и порядком запыхался — его дыхание сопровождалась свистом и даже негромким хрипом.
Продираясь через очередные заросли кустарника, Фриз окончательно порвал футболку, и без того покрытую огромными дырами. Робин на бегу сорвал себя эти лохмотья и отшвырнул их в кусты. Почти сразу вслед за этим Фриз со всего маху налетел лбом на сук эбенового дерева, который преграждал ему путь. Негромко вскрикнув, беглец принялся растирать ушибленное место. Шум погони, тем временем, раздавался все ближе.

В попытках оглядеть дерево, с которым столкнулся, Фриз запрокинул голову и нещадно сморщил лицо. Чтобы увидеть макушку эбена, беглецу пришлось отступить от дерева на несколько шагов. После недолгих колебаний Робин вернулся к стволу, поставил ногу на одну из нижних веток эбена и ухватился рукой за сук, торчавший в трех метрах над землей. Поглядывая в ту сторону, откуда доносились крики и треск, Фриз нащупал подошвой новую опору — выступ на уродливой коре эбена. Однако не успел Робин перенести на ногу свой вес, как что-то хрустнуло, и беглец съехал вниз, ободрав голень.

Фриз больше не пробовал забраться на эбен — вместо этого он повертелся на месте, выбирая дальнейший путь, а потом бросился на север. Не прошло и полминуты, как Робин добежал до тропы, ведущей к беседке на берегу океана. Фриз на секунду оглянулся — ветви кустарника за эбеном уже качались, из них вот-вот должны были показаться преследователи.

Когда Робин добрался до дорожки, снова пришла пора выбрать направление. Он было рванулся дальше на север, чтобы опять оказаться в густых зарослях, но в последний момент остановился, навострив уши. Впереди, шагах в двадцати слышались точно такие же крики и треск, какие долетали из-за его спины — похоже, часть рыбаков зашла с юга. Фризу ничего не оставалось, кроме как броситься по тропе на запад, хоть это направление и было тупиковым.

Хриплые вдохи и тяжелая поступь Робина разносились на десятки метров вокруг. Одышка не давала ему двигаться быстро, несмотря на то, что бежать по дорожке оказалось куда легче, чем прорываться через кустарник.

Фриз не успел отпрыгнуть, когда справа из зарослей на него с торжествующем криком выпрыгнул Тани. Долговязый рыбак едва не сбил беглеца с ног.
— Стоять! — заорал Тани, возомнивший себя важным представителем власти.

Длинные пальцы рыбака вцепились в плечо и шею Фриза. Однако Робин не растерялся и с размаху ударил Тани локтем в глаз. Пользуясь замешательством рыбака, Фриз дал деру.
— Эй! Все сюда! — заорал рыбак и кинулся за беглецом. — Тварь бежит на запад!
Робин рвался к океанскому берегу, рыча и пуская изо рта пузыри. По руке Фриза, которую исцарапал долговязый Тани, сбегали алые капли.

За последние недели бунтарь сильно исхудал, что, впрочем, визуально омолодило его на добрый десяток лет. И несмотря на общее истощение, на бесчисленные синяки и порезы, на пришедшую в негодность одежду и обувь (пальцы ног Робина торчали из порванных вдрызг кроссовок) какая-то мощная сила все еще жила во Фризе, толкая его вперед и питая огонь в его подслеповатых глазах.

Деревья расступились, открыв беглецу западный берег Алакосо и покосившуюся беседку. Перед деревянными ступенями Робин оглянулся: нескладная фигура Тани виднелась на дорожке в каких-то тридцати-сорока метрах позади. Громкий топот преследователя отмерял последние секунды, которые Фризу оставалось прожить на свободе. Беглец разом перешагнул все три ступени, но неожиданно замер на входе в беседку. Он не стал входить внутрь — Фриз спрыгнул обратно на землю и, обежав вокруг беседки, скрылся из виду у быстро приближавшегося Тани.
Преследователь перешел на шаг и расплылся в ехидной улыбке. Он немного подождал, с надеждой глядя через плечо — вдалеке на дорожке уже появились остальные участники облавы. Во время погони Тани подхватил где-то крепкую палку, а теперь еще и подобрал с земли увесистый камень. Держа наготове древнее оружие, рыбак медленно подходил к беседке. Старая конструкция меланхолично поскрипывала на веру, словно отговаривая Тани от задуманного.

— Тварь… — заговорил рыбак, — ты мне чуть глаз не выбил, старый ты пес!
Ветки куста колыхались за беседкой, будто там возился какой-то крупный зверь. Но, посмотрев на деревья вокруг, Тани мог бы убедиться, что они колышутся не менее размашисто — день выдался ветреный.

В паре шагов от беседки Тани снова остановился. Его ноги-палки смешно торчали из огромных, раздуваемых ветром шортов. Вздутый, сильно выпиравший живот не вязался с худощавым торсом рыбака.

Пожалуй, мне нечего рассказать о Тани, помимо того, что он выделялся среди остальных рыбаков ростом, непропорционально длинными руками и дурацкой вихляющейся походкой. Несколько раз, забирая ящики с приемочных платформ, я замечал, с каким презрением глядит на меня этот долговязый джоновец. Впрочем, не он один считал нас, береговых вшей, низшей кастой.

Перед тем как броситься в атаку, Тани еще раз взглянул на восток, откуда должны были подтянуться остальные участники погони. Рыбак бросил палку, видимо, посчитав камень более подходящими орудием. Подняв его над головой, Тани ринулся по следам Фриза.
Всего через мгновение камень уже валялся на земле, под ногами остолбеневшего рыбака. Тани стоял, судорожно ухватившись рукой за беседку. Крик. Оглушительный, бесконечно длинный предсмертный крик, полный ужаса и непереносимой боли донесся из-за беседки, заставив Тани застыть на месте с распахнутым ртом.

Но самое страшное ждало рыбака впереди. Отчаянный вопль был не единственным звуком, прилетевшим из-за постройки. Низкий, раскатистый рев, похожий на грохот атмосферного разряда, заглушил человеческий крик. В громком рычании неведомого монстра слышались ярость и исполинская сила, не оставлявшая жертве ни единого шанса. К душераздирающим человеческим воплям, которые временами переходили в визг, добавились чавканье и хруст, похожий на тот, который сопровождает отламывание окорока от печеной индейки, только во много раз громче. Кусты по ту сторону беседки бешено колыхались. Возможно их вид и стал спусковым крючком, который заставил Тани пуститься наутек. На негнущихся ногах рыбак бросился прочь от беседки. Я почти уверен, что его красные шорты в области паха стали в тот момент на несколько тонов темнее.

80

Симо сидел у океанского берега на любимом валуне. Собранные в хвост волосы Колдуна были недоступны для посягательств игривого бриза. Ветру оставалось лишь обтекать голый торс старшего по рыболовству и теребить его атласные шорты.

Колдун играл на барабане, с благоговением рассматривая Зенитное затемнение.
— Гиена здесь, — произнес Симо, чуть заметно шевельнув раздвоенной верхней губой.
Едва слетев с уст Симо, слова растворились в шуме прибоя.

— Гиена уже на острове, — сказал Колдун и осыпал барабан очередной серией ударов. — Чего ты хочешь, Гиенушка?
— Я хочу погубить островитян, — ответил Симо сам себе страшным голосом.
Не прекращая барабанить, старший по рыболовству раскачивал туловище взад-вперед. На шее Симо болталось ожерелье из разноцветных камешков.

— Как ты хочешь погубить островитян, Гиенушка?
— Хитростью! — продолжал разыгрывать диалог Колдун.
— В чем твоя хитрость?
— Я захватила разум одно из вас и вношу смуту.
— Чей же разум ты захватила, Гиенушка?
— Разум того, кто неуязвим.

Симо призадумался, и руки его зависли над барабаном.
— Как тебя одолеть? Чего ты боишься, Гиенушка? — спросил он вкрадчивым голосом.
— Мой враг — любовь.
— У меня есть любовь! Я люблю женщину. Сила этой любви уничтожит тебя.
— Не уничтожит, — возразил себе Симо. — Я встану на пути твоей любви.
— Вот я и раскусил тебя, Гиенушка! Теперь я знаю, чей разум ты захватила!
Колдун радостно забил в барабан.

— Да, ты прав, Симо. Но помешать мне ты все равно не сможешь!
— А вот это мы еще посмотрим, Гиенушка! Ты хитра, но я тоже неглуп. Я обещаю, что скоро ты окажешься на Алтаре.

Симо сделал резкий выпад вперед и попытался схватить ртом черную бабочку, которая на свою беду пролетала мимо. Однако насекомое мгновенно сманеврировало и увернулось от атаки Колдуна. Симо рассмеялся.
Продолжая улыбаться, старший по рыболовству оглянулся на шорох гравия за своей спиной. Довольно быстро улыбка сошла с его лица, а ее место заняла гримаса крайнего удивления.

81

4 года 8 месяцев и 9 суток с Омега-дня

Закрывшись в своем номере, комендант чистил и смазывал Truvelo. По столу были разложены детали пистолета-пулемета и коробки, в которых блестели латунные цилиндрики патронов.
— People are strange… — тихо напевал комендант, протирая ветошью боевую пружину.
Покончив с чисткой деталей, Юджин один за другим стал заряжать патроны в магазин:
— Faces look ugly, when you’re alone…

Песню коменданта прервали электронные часы, запищавшие на его запястье. Юджин нажал на кнопку часов, и пронзительный писк прекратился. Затем комендант поднялся и подошел к фортепиано.

Приподняв статуэтку Вишну, стоявшую на верхней крышке инструмента, Юджин достал из-под нее желтый пузырек. Комендант уже вытряхнул себе на ладонь пилюлю и открыл рот, когда на клавиатуру инструмента упала черная бабочка. Повернувшись, Юджин увидел, как такие же бабочки, словно увядшие лепестки, безвольно осыпаются на пол.

82

4 года 8 месяцев и 10 суток с Омега-дня

Все утро девятого мая Симо бродил по острову и задавал каждому встречному один и тот же вопрос. На песчаном пляже, куда в конце концов привел Колдуна запутанный маршрут, Симо встретил Голого Мду. Рыбак поспешил убраться с дороги старшего но рыболовству, но Колдун задержал голыша, взяв его за локоть.

— Ты не видел Джошуа? — спросил Симо уже в восьмой раз за день.
Пока Мду думал над ответом, Колдун хмуро взглянул через его плечо на совещавшихся поодаль Юджина, Мамфо и нескольких рыбаков из числа приближенных.
— Видел, старший! — просиял Мду, что, судя по вздернутым бровям, оказалось для Колдуна полной неожиданностью.

— Где? — тряхнул рыбака Симо.
— Здесь, рядом, старший, — махнул Мду на север. — Мальчик недалеко. На взлетной полосе воздушного червя запускает!
Колдун воззрился в указанном направлении, словно пытаясь рассмотреть кого-то сквозь зеленую стену рощи.

— Дуй в поселок, — приказал Симо голышу. — Нечего тут ошиваться!
Мду поклонился Колдуну и в сопровождении трех черных бабочек направился к тропе, идущей через весь остров к Поселку. Симо дождался, пока голыш скроется из виду, а затем подобрал с песка булыжник и неспешно двинулся в сторону взлетно-посадочной полосы.

— Колдун! Подойди к нам! — вдруг послышался оклик Юджина.
Симо оглянулся на зов, а потом разжал пальцы, незаметно выронив камень. Колдун чуть сутулился — возможно, из-за пристального внимания Юджина, Мамфо, Морна, Долговязого Тани и других рыбаков, стоявших рядом с комендантом.

— Мы тут о доверии разговариваем, — объяснил Юджин, когда Колдун подошел ближе.
Симо покосился на открытую бутылку виски в руках коменданта.
— Все в сборе, — сказал Юджин с усмешкой. — Хорошо. Тут все, кому я доверяю.

Комендант сделал несколько глотков из бутылки и продолжил:
— Каждый из нас должен знать, что может доверять остальным. Все беды от недоверия. Да, Очкарик?
— Никогда в этом не сомневался, — подтвердил Морн.
Комендант резко протянул Энтони бутылку:
— На!

Замешательство Морна повеселило Юджина.
— Бери, кому говорят! — крикнул он сквозь смех.
Энтони робко принял бутылку. Комендант, переложил пистолет-пулемет в освободившуюся руку, а затем прицелился в чайку, которая летела низко над волнами, высматривая в воде рыбешку. Юджин целился целую вечность — видимо, сказывалось действие виски.

— Глупостями не занимайся! — обратилась к нему Мамфо.
Юджин дал короткую очередь. Мурена зажала уши ладонями. Пока стихало эхо выстрела, окровавленная птица, роняя перья, спикировал в океан.
— Сможешь так же? — поддразнил Юджин Морна.
Очкарик смущенно замотал головой. Комендант взял Truvelo за ствол и протянул его Морну:
— Бери. На десять минут он твой.

Мамфо саркастично сморщила щеку.
— Зачем? — отпрянул Морн.
— Не «зачем», — поправил его Юджин. — «Почему». Потому что я доверяю тебе, понял? А вот это — доказательство. Бери! Поиграй с ним!
— Не хочу, — с глупой улыбкой ответил Морн.

Комендант махнул на Энтони рукой и подал Truvelo Долговязому Тани:
— Возьми. Развлекись.
Как и Морн, Тани смущенно отступил, уставившись себе под ноги. Не желая отказываться от своей затеи, Юджин предложил пистолет-пулемет Колдуну:
— Хоть ты-то не подведи!

Колдун польщенно и чуть недоверчиво усмехнулся. Юджин преподнес ему Truvelo на двух ладонях, как романтический подарок.
— Десять минут, — напомнил комендант. — Видишь? Я подтверждаю свое доверие. И хочу от тебя того же. Эти трусы оказались не готовы.
Юджин с шутливым презрением показал на Морна и Долговязого Тани.
Симо осторожно взял пистолет-пулемет из рук коменданта.

— Молодец! — обрадовался Юджин. — Не подкачал, Колдун!
Старший по рыболовству завороженно любовался оружием в своих руках.
— Вот теперь Колдун докажет, что ему можно доверять! — сказал комендант.
— Или докажет обратное, — вставила Мамфо.
— Десять минут! — повторил Юджин светившемуся от счастья Колдуну.

В голосе коменданта звучала едва различимая нотка тревоги. Он забрал у Морна бутылку и сделал из нее еще несколько глотков.
— Десять, — еще раз сказал он.
— А могу я немного прогуляться с ним? — спросил Колдун.
— Хоть в Тамунто поплавай, — ответил Юджин.

Симо улыбнулся правой стороной рта:
— Спасибо. Я недолго.
— Старший, — боязливо вмешался Тани, — когда вернешься, проведи со мной обряд… Ну, как требует Лахи Кинтана.
— Конечно, голубчик, — задумчиво пообещал Симо. — Ты умница. Гиена уберегла Фриза от Гребенки, но это было последней ее удачей. С такими, как ты, у нее нет шансов.
Сказав это, Колдун решительно направился к роще.

83

Джошуа сидел на камне в конце взлетно-посадочной полосы. Мальчик был занят ремонтом воздушного змея — ткань оторвалась от каркаса летательного аппарата, когда тот рухнул на бетонное покрытие аэродрома.

Джошуа, громко кряхтя, натянул угол ткани на остов и положил змея на поверхность полосы. Затем мальчик достал из кармана гвоздик и, подобрав из-под ног булыжник, стал приколачивать ткань к каркасу. Ритмичный стук отражался эхом от рощи, которая начиналась в двадцати шагах от того места, где сидел Джошуа.

Звук, который добавился к стуку, птичьим крикам и шелесту листвы, по началу не привлек внимания мальчика. Глухое рокотание нарастало плавно, так что первое ощущение опасности, появившееся у Джошуа, возможно, было подсознательным. Звук был похож на шум автомобильного двигателя, однако, когда рокот усилился, сомнений оставаться уже не могло: ревело живое существо. Рычал огромный хищный зверь.

Джошуа, одеревенев от ужаса, уставился на рощу, откуда доносился страшный звук. В зарослях, среди дрожавшей листвы, казалось, двигалась какая-то огромная, темная масса, готовая в любой момент вырваться на открытое пространство. Руки мальчика затряслись и он выронил булыжник.
Тем временем, рычание становилось все громче. Голос подавало огромное животное, размерами сопоставимое с тиранозавром, а, возможно, это и был T-Rex. Хуже всего было то, что звук приближался. Джошуа, бросив воздушного змея на камне, помчался прочь от рощи. Прежде чем скрыться из виду, мальчик успел споткнуться по меньшей мере дважды.

Взлетно-посадочная полоса с одиноким самолетом Лебедевой снова стала пустынной. Хотя деревья в роще все еще колыхались, тиранозавр так и не появился — впрочем, раскачивать ветви мог и обыкновенный ветер.

Спустя пару минут после побега Джошуа из-за деревьев показался Симо. Колдун остановился на краю рощи, прислонившись плечом к стволу. С хмурым видом Симо оглядел взлетно-посадочную полосу. Покрутив в руках пистолет-пулемет, старший по рыболовству вздохнул и ушел туда, откуда появился.

84

Юджин стоял, опершись рукой на гладкий валун, на котором сидела Мамфо. Оба глядели вслед Симо, который оставлял за собой цепочку следов, параллельную линии прибоя.
— Колдун с нами, — резюмировал комендант, поглаживая Truvelo. — Доверять можем.
Юджин поднял пистолет-пулемет на уровень подбородка и осмотрел оружие.

Мамфо усмехнулась:
— Дай-ка сюда.
— Что? — игриво уточнил комендант.
— Не ломайся. Давай пушку. Или ты доверяешь мне меньше, чем Колдуну?
Комендант пожал плечами и протянул Мамфо пистолет-пулемет. Старшая по хозяйству покрутила Truvelo в руках, а затем спрыгнула с валуна и пошла по следам Симо. Сделав около двадцати шагов, Мамфо вытянула руку и прицелилась в удалявшуюся фигуру Колдуна.

— Он-то в чем виноват? — насмешливо поинтересовался Юджин.
— Хм… — вздернула бровь Мамфо. — И действительно…
С этими словами она повернулась на сто восемьдесят градусов и побежала к Юджину. Комендант встречал ее приближение проказливой улыбкой. В пяти метрах от Юджина Мамфо упала на колени и прицелилась в грудь коменданта. Яростный крик Мурены наложился на оглушительный стрекот Truvelo. Мамфо не успокоилась, пока не опустошила весь магазин.

______________________________________________________________________________

Друзья! Всех, кого не оставила равнодушными эта история (искренне надеюсь, что такие существуют), я приглашаю в группу VK, посвященную «Среде». Если вы захотите в теплой, неформальной обстановке обсудить последние события на Алакосо или у вас появились вопросы по содержанию романа — милости прошу! Кроме того, буду благодарен за указания на орфографические ашыпки, а также за конструктивную (как, впрочем, и деструктивную) критику. В группе я буду публиковать не только анонсы новых глав, но и различные заметки, касающиеся работы над книгой. Не обойдется и без сюрпризов (но это не точно).

Короче говоря, добро пожаловать!

Автор: alex_kudrin

Источник

Поделиться

* - обязательные к заполнению поля