Импортозамещение — по Никифорову?

в 12:43, , рубрики: Новости

18 сентября 2014 года на встрече с главой государства Министр связи и массовых коммуникаций РФ Николай Никифоров предложил Владимиру Путину идею создания целевого фонда поддержки развития отечественного программного обеспечения (ПО) на основе 10% целевого сбора с разработчиков программного обеспечения для формирования фонда. Целью данной инициативы заявлено импортозамещение в области информационных технологий и поддержка отечественных разработчиков.

Вот здесь подробный разбор заявленных целей и цифр.

На мой взгляд, это совершенно неприемлемое и разрушительное для страны предложение.

Как говорится, «теоретические неправильно и практически вредное».

Ниже я объясняю почему. Давайте рассмотрим данный вопрос по существу.

Он включает в себя три части:

  • А. Проблема импортозамещения и состояние дел
  • Б. Краткий анализ предложения Минсвязи
    1. Цели создания фонда.
    2. Условия формирования и размер фонда.
    3. Собираемость нового налога
    4. Способы реализации и выделения средств, а также механизмы контроля за их расходованием.
  • В. Что делать?

А. Проблема импортозамещения

Проблема замещения импортного ПО отечественными решениями – это проблема безопасности Российской федерации. Её смысл очевиден и не требует долгих объяснений. Это политическая проблема, а не экономическая.

Только что президент США Барак Обама объявил в ООН по сути крестовый поход против России, назвав Россию в числе трёх основных мировых проблем, наряду с террористами «Исламского государства» и эпидемией Эболы. Очевидно, теперь давление группировки во главе с США во всех сферах на Российскую федерацию будет только усиливаться.

Вероятно, следует ждать очередного витка санкций, а также попыток организовать у нас Майдан по типу ливийского, киевского и гонконгского.

В рамках заявленной темы нас интересует возможное технологическое воздействие потенциального противника на критическую инфраструктуру РФ, поэтому стоит вспомнить, что такие попытки уже делались недавно:

  • отключение транзакций Visa и Mastercard для некоторых российских банков и их клиентов этой весной,
  • проблемы с GPS около аэропортов этим летом,
  • отключение техподдержки и обновлений Microsoft и Oracle для некоторых российских организаций,
  • августовские попытки выключить SWIFT для всех российских банков.

Оказалось, что американцы вполне способны выключать критическую инфраструктуру, над которой они имеют технологический контроль, и не видят в этом ничего невозможного или неприемлемого, а рассматривают как естественный инструмент давления.

Аргументы наподобие «ну они же цивилизованные, разумные, адекватные люди, они хотят зарабатывать, а не воевать» и т.п. – уже очевидно не работают. Люди там, возможно - разумные, даже слишком, только интересы у них уж больно отличаются от наших.

Кроме того, видно, что они постепенно переходят от санкций против конкретных российских лиц и организаций к давлению на Россию и «плохих русских» в целом.

Очевидно также, что мы очень сильно зависим от западного, в первую очередь американского ПО. Всё это складывается в значительный риск.

Для обеспечения цифрового суверенитета (о котором Игорь писал раньше - Roem.ru) в условиях санкций и политической напряжённости нам нужно быстрое импортозамещение критичного ПО. Понятно, что во многих случаях это должны быть отечественные продукты, но на базе глобальных опенсорсных ядер (чтобы не разрабатывать с нуля). Отделяться ли потом от основных «стволов» открытых проектов - покажет развитие обстановки, это вопрос не сегодняшнего дня.

Однако, не всем (в том числе не всем чиновникам) известно, что на самом деле многие необходимые отечественные компоненты или центры компетенции нужной линейки ПО уже созданы в том или ином виде.

Состояние дел с ключевым ПО

Если бы Минсвязи посоветовались с отраслью, они бы узнали, что в стране уже разработаны довольно многие ключевые компоненты национальной программной платформы. Например:

  • Операционная система (настольная и серверная) – Alt-Linux, РусБИТех, РОСА, ReactOS (свободный аналог Windows), ОС Фантом, KolibriOS, Саров, РЖД и др.
  • Офисные приложения – ПРОМТ, ABBYY, Famatech, Новые Облачные Технологии и др.
  • Базы данных (СУБД) – ВНИИНС, Cognitive Technologies, РЕЛЭКС, НИСТи др.
  • САПР – АСКОН, Consistent Software, Top Systems, Нанософт и пр.
  • ГИС - Панорама, Яндекс, Mail.ru, Дубль-ГИС, Intergraph
  • Системы управления предприятием (ERP) – 1C, Галактика, Парус и др.
  • Системы информационной безопасности – «Лаборатория Касперского», Dr. Web, InfoWatch, Positive technologies, Аладдин РД, Информзащита, Анкорт и др.
  • Интернет-браузер – Яндекс, Mail.ru.
  • Интернет-сервисы – Яндекс, Mail.ru, ВКонтакте, Одноклассники, Спутник и др.
  • Веб-сервер – Nginx,

и так далее.

Указанным выше решениям нужен рынок, доработка, развитие. Некоторые из них - на мировом уровне, в «коробке», некоторые - в стадии первых сырых версий. Но они – уже есть.

Отсутствующее или неготовое на данный момент в РФ ключевое ПО (например, десктопная ОС, серверная ОС, мобильная ОС, BIOS, и др.) может быть относительно быстро и небольшими силами реализовано/доработано имеющимися на рынке компаниями на базе имеющихся решений и продуктов, либо открытых проектов. Например, по некоторым оценкам, мобильная операционная система на базе Linux/Android может быть разработана на основе открытого ПО за 12-18 месяцев силами не более 100-150 человек, то же самое верно относительно СУБД (на базе PostgreSQL/Линтер).

На фоне этой реальности предложение Минсвязи ограбить отечественных разработчиков, а потом импортозамещение ключевого ПО сделать за несколько долгих лет в каких-то других компаниях силами откуда-то взявшихся 20 000 разработчиков выглядит очень странным и необоснованным.

Пара слов о «конкурентоспособности»

Минсвязь в своих выступлениях постоянно смешивает импортозамещение и конкурентоспособность отечественного ПО. Более того, обещает Нью-Васюки в стиле «мы разработаем такое ПО, которое будем продавать в Бразилию, БРИКС и вообще по миру».

Надо прямо сказать: это лукавство, эти вещи никак логически не связаны.

Конкурентоспособность в виде доли мирового рынка во многом зависит даже не от продукта, а от умения продавать, строить международные сети продаж. Да, такие компании у нас есть. Например, у Лаборатории Касперского 50 000 международных партнёров в сотне стран мира.

Да, некоторые выдающиеся отечественные продукты, такие как Nginx, сами без всякого маркетинга завоёвывают заметную долю на мировом рынке. Большинство отечественных разработчиков этого не умеют и не научатся никогда.

Но при чём здесь импортозамещение в РФ?

Во-вторых, импортозамещение – это не про экономику, рынок или монетизацию. Это про риски. Нам нужно снижать риски зависимости от западного (американского) ПО.

Борьба с риском – это повышение безопасности, а не доходов.

В-третьих, тут не при чём даже функциональность: надо понимать, что при импортозамещении придётся поступиться функциональностью. Да-да, представьте себе.

Западный продукт делают компании с оборотами, сравнимыми с ВВП целых стран, имеющие 30-50 тысяч разработчиков каждая. Таковы MS, SAP, Oracle и другие. И делают они это 20-25 лет, как минимум. Понятно, что глобальные продукты чрезвычайно развиты, как и их поддержка, обновления и маркетинговая «обвязка».

Скажем, в Microsoft Word есть 300 крупных и мелких «фич», часть из которых чисто для галочки и практически не используется.

Нет такого условия, что импортозамещать Word нужно, только если каждая из этих трёхсот «фич» будет повторена в точности.

Условно говоря, если для безопасности страны надо слезть с БМВ, Ауди и Мерседесов и пересесть на Лады, Нивы, Патриоты, Газели и Тигры – придётся пересесть.

Если Лексикон будет менее удобным и менее развесистым, чем Word – ничего страшного: он должен быть русским, простым, функциональным и дешёвым. Он должен замещать выполнение базовых потребностей, а не делать красиво.

А если не устраивает комфортность и качество отечественного – ну так и вкладывайте государственные деньги в комфорт и качество Лад и Патриотов, Лексиконов и Спутников. Тем более, что ежегодно за границу за чужой продукт улетает гораздо больше денег, чем для этого улучшения нужно.

По самым осторожным оценкам, только одна Микрософт извлекает за лицензии из нашей страны в год минимум 500 миллионов долларов. Что заметно больше планируемого «Фонда 10%».

Более того, в некоторых случаях невозможно создать замещающее ПО, которое будет себя кормить само. Например, специализированные системы проектирования могут не иметь внутри страны рынка вообще, а только 1-2 заказчиков, потому что больше никто не проектирует у нас самолёты, вертолёты или суда. Но использовать нужно отечественное, потому что риски очевидны.

Это значит, что замещающее ПО (его развитие и поддержка) так и будет сидеть на шее у государства и этих 2 заказчиков. Это - нормально.

Короче говоря, импортозамещение не связано с конкурентоспособностью ПО не только на внешних рынках, но и на внутренних. Конкурентоспособность – это просто красивая завлекалочка для начальства. А импортозамещение – это про работу с рисками.

Б. Краткий анализ предложения Минсвязи

Две основные проблемы предложения Минсвязи – это сбор денег с разработчиков вместо их «поддержки», и то, что при придумывании этого предложения отечественную индустрию ПО никто ни о чём не спросил.

1. «Поддержка» отечественных разработчиков в форме экономической репрессии

При создании данного фонда одной из заявленных целей якобы является поддержка отечественных разработчиков. Это просто рефрен выступлений министра в прессе и на встрече с Президентом.

На самом деле, по разработчикам планируется нанести серьёзный экономический удар.

Прибыльность разработчиков, как правило, невысокая, это малые и средние компании, поэтому ни одна из них не выдержит сбор с оборота в 10%.

При этом, конечно, собранные деньги будут раздаваться совсем другим и при этом немногим компаниям, о чём уже начались намёки (например, о контроле государства в 25% в тех компаниях, которым дадут госзаказ на ключевое ПО).

По сути речь идёт чуть ли не о ползучей национализации разработчиков.

То есть к разработчикам-донорам этот сбор назад точно не вернётся. Так в чём поддержка тогда?

Понижение зарплат и закрытие вакансий в результате снижения прибыльности гарантированно приведут к форсированной утечке мозгов на Запад.

Кроме того, создаваемые структуры (Ростеха или Ростелекома, скорее всего), будут высасывать кадры из индустрии, добивая тех, кого не убили 10% сбором.

Также вызывает недоумение размер налога - 10%. Например, с телеком-операторов, компаний с огромными оборотами, на развитие отрасли собирают 1,2%, а разработчиков ПО (средние и мелкие компании) хотят обложить вдесятеро большим налогом. Почему?

Видимо, потому что 1% от рынка в 4 миллиарда долларов – был бы маловат для амбиций Министерства.

С отраслью разработки ПО – не советовались

Сейчас начались встречи министра Никифорова с главами ассоциаций АПКИТ, АРПП и других. Это делается постфактум, после получения общего согласия Президента две недели назад.

Предварительные бумаги про «поддержку разработчиков» показывались представителям отрасли на встрече с чиновниками Минсвязи три недели назад, но походя, без подробностей про сбор. Обсуждения фактически не было.

При этом похоже, что сами списки того ПО, что планируется разрабатываться, взяты сотрудниками министерства в точности из документа трёхлетней давности о цифровом суверенитете РФ (за авторством Ашманова, Комиссарова, Касперской и Федотова).

То есть уровень проработки – самый поверхностный. Отсюда и качество предложений.

Ниже мы рассмотрим остальные вопросы, которые возникают к планам Минсвязи.

Странные цели создания фонда

А. Вместо мер по поддержке и разработке – создание денежного пула. Кажется, что весь смысл предложения Минсвязи сводится к попытке получить бюджет под управление, ничего другого в нём нет. Списка необходимых ключевых систем и приложений, похоже, не существует, детальной оценки трудоёмкости и стоимости - тоже.

Б. Нереальные оценки трудоёмкости, сроков и стоимости. Предложение Минсвязи по сути не представляет подробный список того ПО, что нужно замещать, но при этом называет совершенно запредельные оценки, наподобие 20 000 программистов, 5-7 лет работы и 12 миллиардов рублей в год. Как указано выше, цифры противоречат друг другу и не имеют отношения к реальности.

20 000 разработчиков по 2-3 миллиона на зарплату и офис на каждого сотрудника в год – это 50-60 миллиардов, а не 12. Но что вообще будут делать эти 20 тысяч программистов, где их взять, кто будет ими управлять?

Кроме того, проблемы у нас сейчас, нам не нужно через 5 лет, вообще-то. Нам нужно быстрое импортозамещение.

В. Импортозамещение в области аппаратного обеспечения - не планируется, хотя именно в этой области мы имеем настоящие дыры. Используемое сейчас аппаратное обеспечение (чипы, процессоры, маршрутизаторы и др.), в основном - иностранное. Известно, что закладки можно создавать на уровне процессоров или чипов, и борьба с такими закладками исключительно на уровне ПО бессмысленна.

Таким образом, если вести речь о цифровом суверенитете страны, то начинать надо вообще с собственного аппаратного обеспечения.

Д. Даются обещания, что основные деньги будут взяты с западных поставщиков. Это бутафория. Не нужно питать иллюзий, что этот сбор может быть собран только с западных поставщиков ПО, как обещает в прессе министр Никифоров. Западные поставщики платить не будут. Большинство из них имеют в РФ только маркетинговые представительства, не платят налогов. Многие из них уклонятся от такого сбора, ссылаясь на Таможенную концепцию по ВТО, предполагающую отсутствие пошлин на ввозимое ПО, и переложат груз сбора на своих дистрибьюторов, а те – на покупателей. То есть, фактически, произойдёт перекладывание российских же денег из кармана покупателей, то есть государственного и корпоративного кармана в планируемый фонд Минсвязи.

2. Завышенный размер фонда и его сомнительная необходимость

Размер фонда. Предлагается обеспечить разработку ПО силами 20 000 разработчиков. Обосновываются эти числа фантастическими рассуждениями наподобие: «для создания национальной ОС нужны 5000 разработчиков на 5 лет». С нашей точки зрения, данная оценка чрезвычайно завышена. Для доработки существующего или разработки отсутствующего ПО достаточно небольших субсидий существующим компаниям, а главное – создания рынка (госзаказа и условий тендеров) для этих продуктов, как делается в большинстве развитых стран.

Зачем нужен ещё один фонд? В стране уже созданы инвестиционные структуры, имеющие средства и возможность финансирования ИТ-разработок: РВК, "Роснано", ФРИИ, Сколково, ФЦП ИР в области ИТ, Росинфокоминвест "Лидер" и другие, совокупный капитал которых существенно превышает планируемые 12 млрд. руб в год.

По данным PC Week, в 2013 году у государственных венчурных фондов на долю ИТ-проектов пришлось примерно 20 миллиардов рублей инвестиций. Это уже значительно больше, чем, по мнению Минсвязи, требуется для разработки импортозамещающего ПО в год.

Эти фонды сейчас находятся в довольно странной позиции для эпохи холодной войны, в которую мы вступили: они как бы изображают венчуристов Кремниевой долины - сидят на потоке входящих стартапов от хипстеров и обсуждают перспективы монетизации и вывода на мировой рынок очередного гибрида Инстаграма с Групоном.

А им нужно работать как DARPA (или как Сталин) – определить, что нужно государству и объявить конкурс на ОС, BIOS или браузер, профинансировав, например, двух конкурирующих разработчиков.

3. Собираемость нового налога - сомнительна

Помимо необходимости самого фонда вызывает большое сомнение реалистичность собираемости самого налога. Тут необходимо отметить следующие особенности:

1) Нет инструментов принуждения. Налог на связистов в 1,2% подкрепляется тем, что деятельность по связи лицензируется. Не заплатил налог – лишился лицензии. Деятельность же разработки ПО не лицензируется. Как принудить компании к выплате этого налога?

2) Сложная модель продаж ПО. В отличие от связи, которая продаётся потребителям напрямую, большинство ПО продаётся через каналы дистрибуции. Непонятно, на каком этапе брать налог. Если брать его на всех этапах реализации, а потом предъявлять к вычету, как НДС, то для этого нужно завести отдельную службу. Как известно, НДС – самый сложный из всех налогов, требующих максимального администрирования. Получается, что для сбора нового налога потребуется создать мощный фискальный орган.

3) Затруднённый процесс сбора налогов. Большинство разработчиков ПО – малые и средние компании в различных регионах страны. Их обороты – несколько миллионов рублей в год. Естественно, они будут прятаться от сбора. Чтобы их принудить, опять-таки потребуется найм многочисленного персонала, расходы на который будут, возможно, больше суммы сборов.

4) Очевидные способы уклонения. Программное обеспечение может продаваться различными способами. Если обложить налогом лицензии, то ПО начнёт продаваться как право временного использования, как сервис, как часть какого-то другого сервиса, как интернет-сервис, в интеграции с «железом» как appliance, в лизинг, в аренду и т.п.

Поэтому собираемость данного налога представляется крайне проблематичной. Вместо названных министром 12 миллиардов в год, скорее всего, удастся собрать максимум 1-2 миллиарда и с огромными накладными расходами. Впрочем, это проблема Минсвязи, они наверняка скажут начальству, что найдут способы собрать.

5. Неясные способы реализации и механизмы контроля

Министерство коммуникаций и связи РФ не имеет успешного опыта участия в запуске инвестиционных проектов. Все существующие на рынке игроки жалуются на недостаток проектов для инвестирования. Не хотелось бы с фондом поддержки развития отечественных программных продуктов получить аналогичную ситуацию, когда взысканные средства годами лежат без движения.

Сам вопрос администрирования фонда – тоже не очень ясен. В области телекоммуникаций Фондом по Связи занимается Россвязь со штатом около 100 человек. А учитывая, что большинство субъектов разработки находятся в регионах, в т.ч. удалённых, администрирование фонда будет являться довольно серьёзной задачей. Неясно, кто будет отвечать за распределение средств. Если это будет Министерство связи и коммуникаций, то для решение данной задачи в министерстве должны быть должностные лица с необходимой компетенцией для реализации сложного проекта в области разработки ПО. Таких лиц сейчас в Минсвязи нет, что в частности видно из нерелевантных оценок трудоёмкости (см. выше), нанять из из коммерческих компаний очень непросто (до сих пор не получалось), а в таком случае существует серьёзный риск того, что средства будут просто растрачиваться и теряться, использоваться не по назначению.

Выводы:

  1. Подход, при котором деньги сначала изымаются у успешных компаний, а потом на основании неясных критериев выделяются узкому кругу лиц, таит в себе массу возможностей для злоупотреблений.
  2. Неясно, зачем нужен новый фонд, если государством уже созданы фонды, активно инвестирующие в ИТ.
  3. Налог сильно ударит по индустрии отечественного ПО, вызовет утечку мозгов в США и Европу, что противоречит интересам отрасли разработки ПО и всей страны.
  4. Обещанный результат – импортозамещение в условиях санкций и политической напряжённости – весьма сомнителен, поскольку у Минсвязи нет нужных компетенций в управлении разработкой.
  5. Мне кажется, что здесь мы имеем дело с довольно прозрачной попыткой чиновников получить «с рынка» ведомственный бюджет для управления им.

3. Что делать?

Я лично считаю, что нужно примерно следующее:

  1. Создание рынка для отечественного производителя. Конкурентоспособные и успешные продукты в нашей стране создаются коммерческими игроками. Единственно реально эффективной мерой быстрого и эффективного импортозамещения в области ИТ будет создание государственного спроса на коммерческие отечественные продукты. Для этого нужно ввести законодательные нормы, по которым в государственных тендерах и для компаний с госучастием, отечественное ПО имеет преимущество. Это классическая схема, которая очень развита у потенциального противника – США, в том числе в области ПО, ракетостроения, обороны.
  2. Определить, что такое отечественное. Критерием отечественности ИТ-компании или программного продукта нужно сделать Реестр отечественных разработчиков, который уже составляется совместно АРПП и Минкомсвязи.
  3. Решить, во что вкладывать. Определить реестр необходимых стране ключевых программных средств совместно с отечественной индустрией ПО, Администрацией Президента, Министерством связи, Советом безопасности, другими вовлечёнными структурами. Для этого создать комиссию или совет при Президенте РФ или какой-то другой орган. Это не должно быть прерогативой Минсвязи, потому что это дело политическое и межведомственное.
  4. Где взять разработчиков. Нужно по конкурсу дать денег существующим игрокам. Они сами наймут дополнительные кадры. По разным оценкам, нужно будет примерно 3500-4000 дополнительных разработчиков.
  5. Где взять деньги на разработку отсутствующего ключевого ПО. Необходимо дать поручение государственным инвестиционным фондам, перечисленным выше, сделать упор на инвестирование в разработку необходимых ключевых программных средств и аппаратного обеспечения.

    То есть не обрабатывать входящий поток «коммерческих» стартапов, а начать инициативно объявлять конкурсы на необходимые продукты, возможно, давая средства сразу нескольким конкурирующим игрокам. Если создавать новый фонд, то он не должен быть аффилирован ни с кем из предполагаемых исполнителей, а контролироваться должен предлагаемым органом (например, советом при Президенте РФ).
  6. Что делать с инициативой Минсвязи. Остановить инициативу Минсвязи вплоть до создания настоящей стратегии импортозамещения.

Источник

Поделиться

* - обязательные к заполнению поля