Как я озвучивала игру

в 15:20, , рубрики: Песочница, метки: , ,

Позвольте вас немного развлечь и рассказать о том, как обычный человек может вдруг превратиться в звукорежиссера, если Родина скажет «надо».

Дело было на хакатоне GamesJamMicrosoft, где мы небольшой командой делали игру про радугу и мохнатый глаз на ножках.

Как я озвучивала игру - 1
(это Вениамин, знакомьтесь)

Экспозиция

Итак, 6-го декабря стартовал хакатон. Мы разродились концептуальной идеей, и все, значит, начали активно стараться на благо проекта. Кто как мог.

Лично я ничего полезного делать не умею — ни код писать, ни рисовать. Но ведь надо же приносить обществу хоть какую-то пользу? Так что вечером, глядя на то, как команда самоотверженно трудится, я вызвалась делать звуки. Оставила их чахнуть над кодом и артом, и отправилась домой. Почему я? Звуки у нас все равно никто делать не умеет — так что все равно, кто.

Звуки под рукой

Но звуки-то надо, правильно? А что. Диктофон есть, редактор есть. Сами звуки все под рукой — вот стекло звенит. Вот зажигалка щелкает. Можно подышать в микрофон, опять же.

Я так подумала: звуки не берутся из ниоткуда. Их записывают люди. А потом, если нужно, дорабатывают. Ничего сверхсложного. У нас в игре бегающие цвета и мохнатый глаз на ножках (психоделично звучит, правда?) — никто же не знает, как они должны звучать. Как придумаю, так и будет.

Вот нужно мне, например, записать топот — это по столу постучать. А потом ускорить, поднять тон и размножить.

Написано в нашем бэклоге, что нужно сделать «звук льда» — а какой звук у льда?
С этим на кухню — в морозилке как раз есть формочка со льдом.

Звук прыжка? Это нужно стукнуть по жестяному ведру, чтобы получилось эхо, а потом обратить.

А уж что касается всяческих пищаний и верещяний, тут все ясно. И вот я вдохновенно пищала, кукарекала и цокала в микрофон, стучала по столу и производила иные звуки — под запись.
А потом долго-долго сидела, слушала всю эту ахинею и крутила всякие ползунки в редакторе, накладывала, отрезала, замедляла.
И таким вот нехитрым способом, вооруженная диктофоном, редактором, домашней утварью и голосовыми связками, я записала нам 30 каких-никаких, а звуков.
Нашей игрушечке разве много надо?..
В два ночи позвонила девочкам и говорю: Готовы звуки! Ехать? — Не надо… — ответил мне с того конца умирающий голос. — Ложись спать…

Музыка в ночи

Но спать, как вы понимаете, я не легла.

Вместо этого решила делать музыку.
Я вообще к музыке имею примерно такое же отношение, как морская свинка к морю.
То есть, никакого.

В детстве меня, желающую играть на пианине, мама отвела к учительнице музыки. Из урока — первого и последнего — помню только, что руку надо держать, как будто в ней яблоко.
После занятия учительница сказала маме, что мне стоит попробовать себя в чем-то другом.
Не в музыке.

Но делать нечего. Ведь должна же в игре быть музыка. Про музыку я знала что? Что руку надо держать, как будто в ней яблоко. Но это, конечно, не спасало ситуацию.
Большой Энциклопедический Словарь сообщал, что музыка — “это вид искусства, в котором средством воплощения художественных образов служат определенным образом организованные музыкальные звуки.”

Привет соседям

С этим уже можно работать! Звуки я предоставить могу. Организовать определенным образом тоже.

И я достала всякие чашки и кастрюли, какие позвонче, и стала (а время приближалось к трем) по ним стучать. Получились суровые металлические звуки. Но не было в этих звуках поэзии. Не было чувства.
Тогда я достала из шкафа бабушкин хрусталь и налила в него воды до разного уровня. Хрусталь не мой, да и бабушка как бы тоже, так что я порядочно рисковала, стуча столовым ножом по рюмкам.
Но все обошлось, и звуки были записаны. То есть, первая часть выполнена. Теперь надо было их организовать.
Определенным образом.

Прикладная организация звуков

Я знала (помимо яблока), что в музыке бывают ритм и мелодия. Так вот, за ритм отвечал звук кастрюли, а за мелодию — звон бокалов разной тональности. Но это поначалу, когда я думала, что смогу из нескольких «дзынь» составить мелодию.
Потом они все перемешались, наложились друг на друга, потом я записала еще звуков, потом долго крутила разные ползунки непонятного назначения в редакторе. Некогда было выяснять, что все эти ползунки значат. Когда мало времени — тут уж не до дружбы, только любовь.

Вот можно послушать итерации (какие сохранились) — от неритмичной кастрюли до финальной версии.

Часам к пяти я воспарила к сферам чистого звука, где научилась чувствовать разницу между «дзыньк» и «дзэньк» и ощутила почти буддистскую пустоту в голове. Когда произведение было окончено, привлекла единственного слушателя, который был рядом. Молодой человек послушал мой скромный track8 с каменным лицом и сказал, что это очень концептуально. Но сказал он это так, что я поняла — завтра меня могут и побить за такую концептуальность. И надо срочно что-то делать.

И тогда вспомнила про такую вещь как онлайн-пианино.

Но тут во весь рост встали проблемы медведя. Который наступил на меня, не пощадив ушей. Звуки? Звуки-то есть. А организовать их определенным образом никак не получалось. То есть, получалось, но образ этот был такой, как будто к пианино поднесли осьминога с нарушением моторных функций. И тогда я придумала вот что.

Нужна какая-то более или менее осмысленная последовательность звуков. А у меня есть компьютерная клавиатура — на которой есть буквы — и клавиши соответствуют звукам. Стало быть, последовательность звуков будет в этом случае то же самое, что и последовательность букв? Ну, это я могу. В буквах-то я ого-го! И стала печатать скороговорки.

Скороговорочный дзен (дзынь?)

И действительно! Какие-то мелодии проявились. Некоторые более осмысленные, некоторые менее. Ну в общем, как заказывала. Очень быстро нашлась скороговорка, которая на пианино звучала пронзительно и поэтично, а кроме того — как нельзя лучше отражала мое душевное состояние.

Самый бесперспективный бесперспективняк из самых бесперспективных бесперспективняков.

Оказалось, печатать скороговорки ничуть не легче, чем произносить. Долго тренировалась в тихом вордовском файле, пока не научилась исполнять «бесперспективняк» с виртуозностью заправской пианистки. Зациклила и со спокойной совестью легла спать. В начале седьмого.

Команда послушала на следующий день музыку, меня похвалила за самоотверженность и не стала бить за первый трек, а даже приняла его как музыкальное сопровождение — ура!

А исполненный с чувством «бесперспективняк» остался, чтобы веселить нас как забавная история. Другие скороговорки, конечно, тоже неплохие были, но с «бесперспективняком» мне просто невероятно повезло! Сразу в нем и глубина, и чувство, и поэзия — та самая, которую я безуспешно искала в бабушкином хрустале.

Если бы настоящее пианино, то испугалась бы — все клавиши одинаковые, и не представляется возможным запомнить, где какой звук. А родную клаву я знаю вдоль и поперек, тут все понятно — и можно не отвлекаться на поиск нужной клавиши. Можно даже делать простенькие мелодии — ты знаешь, какой звук должен быть дальше, и отыскиваешь его методом художественного тыка (буквально). И запомнить можно. Потому что “д” запомнить проще, чем “одиннадцатая белая клавиша справа”.

Так, весь следующий день я развлекалась тем, что печатала на пианино разные слова, приличные и не очень — и слушала, как они звучат.

Вот очень красиво, например, звучит слово «быдло». И я из этого «быдла», тыкая ближайшие буквы, составила мелодию.
Организовала звуки определенным образом, так-то!

Поделиться

* - обязательные к заполнению поля