Почему комната управления реактором покрашена в цвет морской пены

Когда я жила в Нэшвилле, мы с моими подругами часто выезжали на «экскурсии» по штату. Однажды мы поехали искать белоголовых орланов в западном Теннесси; в туалете национального парка нам встретилась женщина с кучерявыми волосами, которая сообщила, что вчера видела 113 орланов. Мы же за всю поездку увидели... двух.

Летом 2017 года мы поехали на ещё одну экскурсию на завод Манхэттенского проекта в Ок-Ридже. В 1942 году Ок-Ридж был выбран в качестве места создания завода по обогащению плутония и урана в рамках Манхэттенского проекта — совершенно секретного мероприятия по разработке первой атомной бомбы. Маленькое сельское поселение, расположенное в долине западного Теннесси, благодаря срочному проекту по созданию атомной бомбы превратилось в тайный посёлок под названием «Site X», увеличив своё население с трёх тысяч человек в 1942 году до 75 тысяч к 1945 году. Наряду с ростом населения были построены огромные здания комплекса.

Экскурсия

Нашей первой остановкой на маршруте стало помещение графитового реактора X-10 и пункт управления им. Графитовый реактор X-10 (блок графита площадью примерно 2,2 квадратных метра) стал вторым в мире полнофункциональным ядерным реактором. Производимый из урана плутоний отправлялся в Лос-Аламос (штат Нью-Мексико) для исследований, проводимых для создания атомной бомбы «Толстяк».

Я дизайнер, и моё внимание сразу привлекло то, что, как и в большинстве промышленных предприятий и комнат управления того времени ^[1], всё, кроме ручек, рычагов и кнопок, было покрашено в цвет морской пены; на фотографиях им покрашены стены реактора и комнаты управления.

Это заставило меня приступить к поискам: целый день я бродила по Интернету в поисках исторической информации об этом специфическом оттенке зелёного.

К счастью, этот путь привёл меня к работам теоретика цвета Фабера Биррена.

Осенью 1919 года Фабер Биррен поступил в Институт искусств Чикагского университета, но весной 1921 года бросил его, решив посвятить себя самостоятельному изучению цвета, потому что такой учебной программы не существовало. Он записывал интервью с психологами и физиками, проводил собственные исследования цвета, которые в то время считались нетрадиционными. Он покрасил стены своей спальни в красный цвет киноварью, чтобы проверить, не сведёт ли это его с ума.

В 1933 году он переехал в Нью-Йорк и стал самозванным консультантом по цвету: приходил в крупные корпорации и продавал им идею о том, что правильное использование цветов может увеличить продажи. Он убедил чикагскую мясную оптовую компанию, что из-за белых стен мясо выглядит непривлекательно. Биррен изучил сочетания стейков с разными фонами и обнаружил, что благодаря синему/зелёному фону говядина выглядит более красной. Продажи возросли, и вскоре компании из множества разных отраслей стали нанимать Фабера для применения теории цвета в их работе; в их числе была и крупная компания DuPont, занимавшаяся химическими производствами, военными контрактами, а также проектировавшая здания Манхэттенского проекта.

Кодирование промышленного цвета

В период Второй мировой войны военное производство в США выросло, и Биррен с DuPont создали эталонный код цветовой безопасности для всей отрасли промышленных заводов, предназначенный для снижения количества несчастных случаев и повышения эффективности. В 1944 году эти цветовые коды были утверждены Советом национальной безопасности США, а позже были признаны во всём мире, став в 1948 году обязательными к использованию. Цветовое кодирование было таким:

• Огненно-красный: всё, что связано с защитой от пожаров, кнопки аварийного останова и резервуары огнеопасных жидкостей.

• Солнечно-жёлтый: обозначает необходимость внимания и физические опасности, например, падения.

• Предупреждающий оранжевый: опасные детали оборудования.

• Безопасно-зелёный: обозначает всё, что связано с безопасностью: оборудование для оказания первой помощи, аварийные выходы и станции для промывки глаз.

• Предупреждающий синий: информация, не связанная с безопасностью, уведомления и таблички «не работает».

• Светло-зелёный: используется на стенах для снижения визуальной усталости.

Загадка промышленного светло-зелёного наконец-то была решена благодаря этой статье из UChicago Magazine ^[3].

Продолжив тему комнат управления, я исследовала второй завод Манхэттенского проекта — Хэнфордский комплекс, ставший домом реактора Б — первого в мире полнофункционального реактора для производства плутония. К моему удивлению, этот комплекс выглядел, как ода светло-зелёному и цветовым кодам Биррена, что было логично, ведь его клиент DuPont также отвечал за проектирование и строительство в Хэнфорде.

В книге Биррена Color for Interiors: Historical and Modern ^[4] 1963 года он пишет об исследованиях, проведённых для измерения усталости глаз на промышленном рабочем месте, и о влиянии цвета интерьера на эффективность и комфорт человека. На примере показанной выше таблицы цветов он утверждает, что правильное использование оттенков может снизить количество несчастных случаев, повысить стандарты обслуживания оборудования и улучшить моральных дух трудящихся.

«Важность цвета на заводах в первую очередь заключается в контроле яркости в поле зрения для повышения эффективности условий работы. Интерьеры можно подстраивать под эмоциональное удовольствие и интерес при помощи тёплых, холодных или светлых оттенков согласно условиям работы. Цвет должен быть функциональным, а не только декоративным», — Фабер Биррен

Теперь становится понятным широкое использование светлого и умеренного зелёного в интерьерах заводов и комнат управления Манхэттенского проекта. Достаточно было одной ошибки, чтобы в этих городах произошла масштабная катастрофа. Биррен пишет: «Обратите внимание, что большинство стандартных цветов мягкие. Это сделано намеренно для создания не отвлекающей от работы среды. Зелёный — спокойный и естественный цвет для интерьеров среднестатистического завода. Рекомендуется использование светло-зелёного и умеренного зелёного».

Проверка теории цвета

Давайте проверим, как реализовывались эти теории, на примере фото комнаты управления реактором Б в Хэнфордском комплексе. В своей книге ^[5] Биррен рекомендовал следующее использование цветов на небольших промышленных участках:

• ✔️ Умеренный зелёный для нижней части стены (до высоты талии).

• ✔️ Умеренный серый для станков, оборудования и стоек.

• ✔️ Огненно-красный предназначен исключительно для устройств пожаротушения.

• ✔️ Бежевые стены могут использоваться в интерьерах, лишённых естественных источников света.

• ✔️ Пол светлого цвета.

Как мы видим, теория цвета соблюдена досконально.

Другие промышленные заводы США, на которых применялось это цветовое кодирование

Это исследование теории цвета открыло для меня целый новый мир, и я с радостью продолжу его исследование. Например, любопытно, что Германия разработала собственный оттенок цвета морской пены Cologne Bridge Green ^[9], специально предназначенный для мостов. Но это уже тема для отдельной статьи.

Вдохновившись этим дизайном, я спроектировала шрифт под названием «Parts List», созданный, чтобы вызывать ощущение, что ты сидишь в подсобке, вдыхая запах подгоревшего кофе. Я составила этот шрифт из старых списков автодеталей.