Чем заняться вместо Рунета, список, бесплатно без sms

Фокусировка усилий на чем-то конкретном вместо распыления сил по сторонам важна во всем — от выполнения поставленной задачи до развития успешного бизнеса. И уже тем более, когда речь идет о векторе развития целого государства.

Михаил Кондратенко (гендиректор консалтинговой компании «Нигилист») о том, почему не стоит гоняться за всеми отраслями сразу, а лучше совершенствовать имеющийся опыт и экспертизу.

Есть много способов потерять время и деньги. Один из самых рабочих — пытаться диверсифицировать все и вся вместо того, чтобы развивать те сферы экономики, которые уже приносят ощутимые доходы.

У нас подобная инициатива сейчас идет сверху. Создание финансового центра в России было анонсировано еще 10 лет назад.

Сама по себе инициатива неплохая, но есть проблема — эти международные финансовые центры уже сформировались. И начался этот процесс не в 2013 (и даже не в 2012), а существенно раньше. Итого сейчас есть Нью-Йорк, Лондон, Hang Seng (Гонконгская фондовая биржа).

Также понятно желание вбежать в движущийся поезд, но желания иногда довольно сильно расходятся с возможностями. Также и здесь — желание может и быть, а вот возможности — нет. А учитывая, какая сейчас существует ситуация с санкциями и финансовыми ограничениями, эти попытки можно можно заранее считать бесполезными. Хотя попытки активно предпринимались.

Например, еще в феврале 2009 Министерством экономического развития была создана концепция ^[1] самого международного финансового центра с учетом мирового опыта, в Госдуму был внесен законопроект ^[2]о совершенствовании правового регулирования вопросов эмиссии ценных бумаг, был запущен центральный депозитарий ^[3].

Международный финансовый центр — это не просто красивая башня в Сити. Это огромное и устоявшееся сообщество инвесторов. Это огромное количество денег, которое ко всему прочему еще и работает на бирже.

Это колоссальная инфраструктура — инвестбанки, рейтинговые агентства, проверки и оценки потенциальных проектов, связанная с биржей ИТ-инфраструктура и прочее.

Оперативно создать это все в рамках одной страны нельзя. Невозможно взять и за пару лет вырастить инвестиционного банкира, который будет на должном уровне разбираться в теме. Это должна быть уже существующая система, которой у нас сейчас нет.

Путин: «Технологическое отставание означает потерю суверенитета страны» ^[4]

Отметим попытки создавать собственные смартфоны и процессоры. В итоге все равно оказывается, что большая часть комплектующих для их производства — это импорт, который разработан и создан не у нас. Почему? Потому что создание собственного смартфона — полностью выстроенная инфраструктура, от самих специалистов (инженеры, разработчики софта, дизайнеры) до непосредственно производственных мощностей нужного объема и внушительных инвестиций. Ничего этого у нас на данный момент тоже нет, и мысли о том, чтобы в короткий промежуток времени создать это с нуля, откровенно утопичны.

Что можно сделать вместо этого? Принимать участие на тех рынках, где можно играть на правах равного игрока, обладающего необходимой и развитой экспертизой, инфраструктурой и всеми должными ресурсами. Но и здесь важно учитывать, что какие-то рынки тоже давным-давно заняты или поделены несколькими игроками.

А есть еще сферы, ассоциирующиеся с конкретной страной. Например, банки и часы — Швейцария.

То же самое, например, с вином — Франция и Италия. Методики создания виноградников, ухода за ними, сбора и обработки винограда, производство вина — все это тоже выверенная временем экспертиза.

Специи — это Индия, кажется, вообще со времен сотворения мира.

Эти страны вовремя разглядели в имеющихся у них на руках картах козыри и начали это использовать. Поэтому прямо сейчас они — лидер каждый в своей отрасли.

А что у нас?

В идеале, следует активно развивать те области экономики, которые уже доказали свою состоятельность и приносят постоянный доход. Что первое приходит в голову, когда мы говорим о России в этом плане? Правильно, commodity.

Российская Федерация занимает более 17 миллионов квадратных километров, это первое место по площади среди стран. Это почти вся территория континента Южной Америки.

Почему в России инвестиции нужно делать не как в Кремниевой долине, а как в Израиле или Южной Корее ^[5]

Россия в 2017 году экспортировала 256,787 млн тонн нефти ^[6], 210,2 млрд кубометров газа ^[7]. У нас огромные запасы угля, около 5,5% от общемировых (в особенности в Якутии и Туве), в 2016 на экспорт было отправлено 171,4 млн. тонн. По производству алюминия мы занимаем второе место в мире, после Китая — в 2016 было произведено 3 580 000 тонн. А АЛРОСА — крупнейшая в мире компания, добывающая алмазы. А еще железная руда, никель, золото.

Как это было у нас еще пару десятков лет назад? Экспорт по принципу «Бери то, что лежит под ногами, и продавай». То есть мы просто добывали и продавали сырье.

Сейчас мы начинаем еще и обрабатывать сырье перед продажей. Это очень важный момент — в идеале необходимо максимально сокращать посредников между тобой и конечным потребителем твоего товара. Ранее мы продавали сырую нефть — теперь мазут и бензин, которые делаем из нее сами перед продажей. Это все тоже смежные с экспертизой вещи, и вот это имеет смысл развивать.

Вот один из примеров про исключение посредников из цепочки. Допустим, мы продаем дерево (потому что у нас его много, мы умеем его добывать и обрабатывать). Это дерево покупает тот, кто делает из него бумагу и картон. Эту нишу можно тоже занять, и делать бумагу и картон из собственного дерева самостоятельно, немного расширив имеющуюся экспертизу. Именно поэтому в последние годы инвестиции в целлюлозно-бумажные комбинаты активно растут.

Кроме ископаемых, которые есть просто благодаря географическому положению, у нас осталось неплохое наследие со времен Союза. К примеру, производство и экспорт зерна.

По прогнозу Международного совета по зерну ^[8], в сезоне 2017−2018 у РФ есть все шансы занять второе место по экспорту зерна в мире, уступив только США.

Не стоит забывать и про оружие. Посмотрите, как активно освещается в СМИ (включая зарубежные) информация о новых разработках российского оружия, от стрелкового до тяжелой артиллерии и сверхзвукового.

Русские танки на танковом биатлоне с 2013-го безоговорочно занимают первое место (чемпион мира). Область самолетостроения развита настолько, что самая мощная авиация в мире на данный момент — это Россия и США. Универсальная платформа «Армата», которая успешно стала базой как для тяжелых БМП, артиллерийских установок, так и для танков.

Само собой, узнаваемый во всем мире «Калашников» — компании уже более 200 лет. И она постоянно развивается. В 2015 году концерн заработал 2,1 млрд рублей чистой прибыли. Отличная экспертиза в производстве оружия позволяет ему заключать сделки не только с нашим ВПК, но и с международными партнерами.

Сейчас оружие концерна активно поставляется в 27 стран мира, среди которых США, Великобритания, Италия, Германия и Канада.

В феврале концерн заключил контракт ^[9] с Таиландом на поставку автоматов, также основными заказчиками выступают Африка, страны Латинской Америки и Ближнего Востока.

Касперская назвала Маска «медиафеноменом», а Чубайс оспорил — «Маск совершил инженерный подвиг» ^[10]

Плюс к этому — компания «Вертолеты России», которая только в 2017-м заключила ^[11] контрактов на 20 миллиардов рублей. Заинтересованы в русских вертолетах и Мексика с Аргентиной, а также Бразилия и Перу.

Это тоже экспертиза, которую следует наращивать, совершенствовать и зарабатывать с ее помощью.

А еще мирный атом. Страна создавала атомные бомбы, само собой, у нас есть экспертиза в этой области, и довольно неслабая. Это тоже можно считать товаром — Россия построила ^[12] АЭС Китаю, Индии, Беларуси, Турции, Финляндии, Венгрии и Египту, сейчас же Росатом намерен участвовать ^[13] в тендере на постройку АЭС еще и в Болгарии.

Расширение должно осуществляться за счет использования тех ресурсов, которые уже есть. Постоянно совершенствуя те сферы экономики, которые уже хорошо работают, повышая ту экспертизу, в которой мы занимаем ведущие позиции, можно сделать для экономики куда больше полезного, чем размениваясь на все подряд, пытаясь входить на уже занятые рынки.