Чем бизнесу и пользователям грозит борьба РКН и Telegram? Мнения экспертов

в 17:43, , рубрики: telegram, Законодательство и IT-бизнес, Роскомнадзор, эксперты

Ваша дорогая редакция связалась с экспертами и выяснила, чем бизнесу и обычным пользователям грозит игра РКН и Telegram в кошки-мышки.

Вот, с кем мы поговорили:

  • Артем Козлюк, руководитель общественной организации «РосКомСвобода».
  • Евгений Потапов, генеральный директор ITSumma — компании, которая отвечает за бесперебойную работу Habrahabr и Geektimes.
  • Артём Гавриченков, технический директор Qrator Labs. Эти ребята много лет защищают от DDoS-атак нас, Tilda, Ivi.ru и кучу других компаний.
  • Филипп Кулин, хостер из СПб. Ведет тот самый сервис подсчета заблокированных адресов.

Чем дело кончится?

Евгений Потапов:
Судя по тому, что я вижу среди 350+ клиентов и телеграм-чатов (а это больше тысячи человек), на прокси и VPN перешли все. В основном переходят на Socks. Из друзей и родственников, кто плохо понимает что такое «сокс», онлайн остались все. Им настроили друзья. Есть ощущение, что активное ядро «Телеграма» как жило так и живет, а отвалятся те, кто почти его не использовал.

Баном IP, скорее всего, РКН пытается давить на GCE и AWS, и для этого такие масштабные блоки подсетей. Вероятно, РКН добивается того же, что добивался и добился с Zello — довести Amazon до стадии, когда они просто не будут открывать аккаунты и давать ресурсы «Телеграму». Возможно, там будут использовать персональные аккаунты для того чтобы запускать обход, и тогда это будет бесконечно долго.

Артем Козлюк:
Противостояние Роскомнадзора и «Телеграма» задевает и сторонние сервисы: банки, торговые сети. Блокировка уже похожа на напалм. РКН не гнушается использовать избыточные средства и расчехлил свою пушку. Видимо, задача поставлена четко: «Не допустить!». Но к реальным результатам, как мы видим, это пока не привело.

РКН продолжит и дальше вносить новые маски подсетей — будут «мочить» VPN, прокси и различные анонимайзеры. Могут даже начать проводить «телевизионную атаку» на «Телеграм» с целью дискредитации, чтобы «неустойчивые» пользователи сами стали отворачиваться от этого сервиса. Среди аудитории «Телеграма» есть и обычные люди: наши родственники, родители — это ведь не только IT-круг. Все они привыкли пользоваться Телеграмом в обычной жизни для общения. Им опять будут говорить, что «кругом враги, а эти ваши ви-пи-эны и торы пропускают экстремизм».

Артём Гавриченков:
На данный момент счет заблокированных адресов идет уже на миллионы. Технически этот процесс может продолжаться очень долго. И та, и другая сторона, на первый взгляд, обладают вполне достаточными ресурсами для поддержания своей позиции.

В частности у «Телеграма», хотя он уже и не может размещаться в части сетей Амазона, есть целый ряд других решений: Digital Ocean, CloudFlare и более мелкие.

Это затратно. По нашим подсчетам на подобной работе «Телеграм» теряет крупную сумму, вплоть до порядков уровня 1 млн долларов в день. Однако буквально недавно «Телеграм» получил инвестиции, превышающие на много порядков эти затраты. А кроме того, в «Телеграме» могут рассматривать ситуацию как серьезное вложение в собственную репутацию, показывая, что могут тратить произвольные бюджеты, чтобы только не подчиняться требованиям органов государственной власти.

Со стороны Федеральной службы по надзору в сфере связи тоже есть ресурсы, и они ими пользуются, блокируя сеть за сетью. Бизнесу, работающему в России, остается поддерживать свои средства мониторинга в актуальном состоянии, так как заблокирован сейчас может быть любой адрес.

Филипп Кулин:
Я затрудняюсь прогнозировать психов. А кроме как «психанул» я это назвать не могу. Судя по тому, что адреса добавляются по сей момент, можно подумать, что это акт устрашения в сторону Google и Amazon.

Не ясно, кто сдастся первым. Для Google и Amazon это тоже будет ударом по репутации. Я думаю они будут пытаться договориться. Но тут мы сталкиваемся с «психанул». Я не уверен, что для них российский рынок критичен. Хотя и ощутим. Но на какие-то уступки они пойти могут. Есть вероятность, что сейчас в дело вступят ещё и пользователи Amazon и Google. И отнюдь не на стороне РКН.

Чисто объективно, Россия — маленькая страна. Территории в Интернете ничего не значат. Я не могу сказать, что это незаметная часть рынка, но потеря переживаемая. Всё зависит от того, насколько РКН готов договариваться и до чего договорятся.

Удалят ли апп из App Store и Google Play?

Артем Козлюк:
Сейчас они [Роскомнадзор] договариваются с Google и Apple, чтобы они исключили приложения из своих магазинов. Не понятно, получится у них это или нет, но, к сожалению, печальный прецедент в отношении LinkedIn был. Его удалили из обоих магазинов. И, возможно, Роскомнадзору удастся убедить IT-гигантов пойти навстречу. Но пока вопрос открытый.

Филипп Кулин:
Это сложный вопрос. И Apple, и Google стараются соблюдать локальные законодательства, и удаляют приложения из магазина в регионах. Но. Они хотят соблюдать нормы локального законодательства и смотрят на них. Zello не удалили, например. И ролик Навального про Рыбку. Они могут счесть, что даже по локальному законодательству оснований для такой просьбы нет. Во всяком случае примерно также считает аналитик РАЭК Карен Казарян, и я с ним согласен.

Евгений Потапов:
Точно удалят. Они спокойно следуют судебным решениям, и я думаю, что и в этом случае будет также.

Артем Гавриченков:
Прецеденты есть, LinkedIn удалили. Но сложно говорить за каждую компанию в отдельности. Это окажет мало эффекта на исход борьбы. Как я понимаю, именно к этому «Телеграм» подготовился. Павел Дуров объявлял: в случае временных неполадок с приложением, не удаляйте его. Выкинуть приложение из русского аппстора или плей-маркета — это одно, но оно УЖЕ установлено у широкого круга людей. Причем этот круг как раз растет на всех этих новостях. И к тому времени, когда появится решение, его можно уже будет не удалять.

Что делать бизнесу?

Артем Козлюк:
Тем, чей бизнес затронула блокировка такого количества адресов, стоит обращаться в суд. Я знаю представителей сервисов, которые готовы вступить в такое противостояние с РКН и доказывать, что Роскомнадзор не имеет права применять средства «напалма» к сетевым адресам. Действуя таким образом, РКН может спровоцировать убытки бизнесу и даже экономике России. Зарубежным компаниям сложно будет развивать бизнес в стране, где царит такой беспредел.

Если бизнес хочет продолжать развиваться у нас в стране, стоит использовать судебные инструменты для своей защиты. Даже в нашей судебной системе находились судьи, которые принимали адекватные решения. Чем больше подобных исков будет, тем выше будет эффективность процессов».

Евгений Потапов:
Сейчас в базе уже почти 20 миллионов IP, но что интересно, больших проблем мы не видим. Компании, которые ориентированы на РФ, живут не в AWS/GCE уже давно почти все. А компаниям, которые ориентированы не на РФ, все равно.
Есть ли смысл в петиции на Change.org?

Артем Козлюк:
Вообще петиции на change.org неплохо работают, когда дело не касается каких-то глобальных вопросов вроде изменения законодательства или отмены блокировки какого-то известного ресурса. Это скорее метод привлечения внимания СМИ к проблеме.

Change.org эффективен, для решения каких-то местных проблем. Например, «Закрыли детский садик — он нам нужен», или «У нас врачей не хватает в больнице — наймите персонал». Есть сотни примеров, когда петиции на change.org позволяли решить частную, муниципальную проблему — это факт. А вот успешных прецедентов решения глобальных проблем я вспомнить не могу.

Тем не менее сам институт петиции важен, хотя в России он пока юридически и не значим — собранные подписи ни на что не влияют. Даже на портале РОИ можно собрать сто тысяч подписей, что мы в свое время и сделали успешно. Можно с Открытым правительством проводить заседания, где будут рассматривать ваши петиции и благодарить за привлечение общественного внимания к проблеме. Но рекомендовать отменять законы, которые только что приняты, там не могут. «Спасибо, приходите еще». Поэтому, пока не будет закона о механизмах и инструментах «электронной демократии», петиции будут находиться в «серой» зоне.

Филипп Кулин:
РКН не отменит решение. Есть конечно вариант (и он вероятный), что сейчас какие-то бизнесы представят свои интересы в администрации Президента, и оттуда Жарову «прилетит». Но пока нет.

Не будет ли последствий для физ. лиц за использование прокси?

Артем Козлюк:
Обычному пользователю, который использует VPN или прокси, ничего не грозит. В Российском законодательстве на текущий момент не предусмотрена ответственность за использование анонимайзеров и любых других систем туннелирования трафика. Даже владельцы VPN-серверов не несут ответственность. Максимум, что наше законодательство позволяет сделать — это блокировка. А наказания для владельцев и тем более — пользователей — не предусмотрено.

Тем не менее мы идем большими шагами к тому, чтобы у нас в стране появились такие законы. Сначала ввели категории запрещенной информации, потом появились законы, которые ограничивают инструменты для обхода цензуры. Следующим логичным со стороны государства шагом могут быть новые законы, которые вводят наказание уже для самих пользователей за попытку использования таких инструментов.

Артём Гавриченков:
Я обратился с таким вопросом к юристу. На данный момент законодательство не предусматривает ровно никаких санкций для физических или юридических лиц за использование методов обхода блокировки. Есть ограничение только на предоставление таких услуг.

Автор: baragol

Источник


* - обязательные к заполнению поля