Максим Асроров, проектный менеджер, 10+ лет в IT (Яндекс, Райффайзенбанк, Сбер)
Где заканчивается классический PM и начинается работа с AI-системами, данными, рисками, агентами и автоматизацией. И нужен ли PM сегодня вообще?
Максим Асроров, проектный менеджер, 10+ лет в IT (Яндекс, Райффайзенбанк, Сбер)
Где заканчивается классический PM и начинается работа с AI-системами, данными, рисками, агентами и автоматизацией. И нужен ли PM сегодня вообще?
Январь 2026 года, первое столкновение с рынком труда за 7,5 лет. Думал об этом давно, но не предвидел, что случится так скоро. Опустим все вводные детали, а приступим сразу к делу.
Основная цель — поделиться «болью» и опытом не чисто IT‑шного кандидата, который стремится ворваться в сферу технологий в непростой период, а также получить отклик и обратную связь от гуру данной сферы, чтобы найти свое место под Солнцем.
Задачи:
Зарезюмировать то, что сделано, поделиться полезными наблюдениями и изысканиями.

Несколько лет назад я присутствовал на встрече разработчиков, где один из участников задал, казалось бы, простой вопрос: «А какой фреймворк выбрать для написания десктопного приложения под Windows?»
Если вы работали в команде — и хоть раз ощущали, что коллега смотрит на задачу так, будто живёт в другой реальности — вы, скорее всего, были правы. Эта статья о том, почему несколько независимых исследователей в разных странах независимо пришли к одной и той же структуре — и что это говорит о природе непонимания между людьми.
Анатолий Панченко пришёл на конгресс с одним вопросом: «Какой у меня тип?». Тринадцать специалистов посмотрели на одного и того же человека. Тринадцать дали разные ответы. Никто не ошибался умышленно. Все были квалифицированы.
Два года назад из моего отдела ушел ключевой специалист. Спокойно, без скандала, просто нашел другое место. Унес с собой три года контекста — почему вот эта интеграция сделана именно так, кто реальный заказчик вот той задачи, почему три месяца назад отклонили решение, которое команда снова предложила на прошлой неделе.
Я не сразу понял, что дело не в зарплате и не в карьерном росте. Люди уходили от конкретных задач — просто никто это так не формулировал. 36% увольнений в IT в 2025 году — это выгорание. Мы умеем измерять скорость команды до миллиметра. Эмоциональную стоимость задачи — никто не считал.
Бороздя просторы космоса Хабра, рабочих репозиториев и не только, в сегменте Java разработчиков и других JVM динозавров, была обнаружена извественная проблема, большинство фич закрыты фича-флагами в виде простых переменных в коде (иногда чересчур замедруенными). И в этом хаосе родилась идея просто менеджера флагов для разных приложений.
В мире кубов и контейнеров JVM приложения чувствуют себя немного странного когда речь заходит о вопросах: кто сожрал все ресурсы в кластере? или как же мне вывернуть приложение чтобы не рестартить его? Со вторым вопросом предлагаю ознакомится ближе.
Читать полностью »
Ник Нейлор – лоббист табачной индустрии – никогда не проигрывал переговоры. Его продукт – слова, стратегия – спорить, опровергая факты, секрет успеха – моральная гибкость. Он защищает то, что убивает людей, и называет это «Нюрнбергская защита яппи», ведь «всем нужно погашать ссуды».
Недавно я пересмотрел «Здесь курят» и понял: свой Ник Нейлор есть в каждом бизнесе. Если он уйдет – всё рухнет. Хорошая новость: этого можно избежать.
Ник Нейлор – лоббист табачной индустрии – никогда не проигрывал переговоры. Его продукт – слова, стратегия – спорить, опровергая факты, секрет успеха – моральная гибкость. Он защищает то, что убивает людей, и называет это «Нюрнбергская защита яппи», ведь «всем нужно погашать ссуды».
Недавно я пересмотрел «Здесь курят» и понял: свой Ник Нейлор есть в каждом бизнесе. Если он уйдет – всё рухнет. Хорошая новость: этого можно избежать.
Привет!
Я фрилансер. В последние годы зарабатывал в основном на ТГ‑ботах, мини‑приложениях, автоматизации для маркетплейсов, иногда и на простых сайтах. И в какой‑то момент понял странную вещь: LLM действительно сделали меня сильно эффективнее, расширили диапазон моих услуг, но вместе с этим почти убили ту часть разработки, ради которой я вообще когда‑то в нее пришел.
А потом мне привезли шкаф. И он неожиданно все расставил по местам.