Драма you и thou, или шекспировские страсти

в 12:11, , рубрики: Блог компании ABBYY, уроки английского

Драма you и thou, или шекспировские страстиВ современном английском (я сейчас про «язык королевы» — RP) тыканье и выканье управляется местоимением you, отчего у иностранцев складывается примерно такая картина мира: «о, удобно, не то, что у нас!» или «а мне сейчас тыкнули или что?». Открою тайну: технически и по идейным соображениям англичане выкают всем подряд вот уже 500 лет. Почему так вышло, и какие они – настоящие шекспировские страсти – читайте под катом.

История взаимоотношений thou и you тянет не только на шекспировскую драму, но и на всю Войну роз. Изначально в английском было два нейтральных лагеря с одинаковым статусом: thou [ðau] и thee [ðiː] заправляли единственным числом – «ты», «тебя/тебе», а ye [jiː] и you – множественным – «вы», «вас/вам». И каждое правило своим феодом, пока Британия не покорилась предкам современных французов.

Новая знать язык аборигенов откровенно не жалует, предпочитая свой во всём, что и приводит к раздору. Под влиянием vous («Вы») ye и you захватывают власть за пару веков и перекраивают речевой этикет под себя. Так начинают обращаться к нижестоящему лицу в знак благоволения, к ровне – в знак уважения, а к титулованной особе – в знак почтения. «Вы, государыня», — твердили придворные и парламент Елизавете I. «Ти, о царю», — говорили в то самое же время Ивану Грозному его подданные.

На фоне лингвистической усобицы thou и thee пытаются бороться за выживание в языке знати, но разгуляться им негде, так как свободными от конкурентов остались только нежность и фамильярность: доверительный шёпоток («псст! что сейчас скажу!»), прозрачные намёки на ЭТО, хамство и откровенное презрение… а там и до языка простолюдинов рукой подать! С благословения светского этикета после присказки “thou thouest me!” (ты посмел мне «тыкнуть»!) следует расправа с грубияном, и арсенал средств богат – от наказания и поединка до пакостей и тихой мести. В результате несчастное thou оказывается в немилости практически у всех слоев населения столицы.

You используют всё чаще из-за близкого сходства с voux, и к 17-ому веку оно вытесняет ye, thou и thee из официального языка (да, это уже 2 века как английский!) туда, где вреда от них никому не будет: в глушь, в Саратов северные и западные диалекты, поэзию и религиозные тексты. Ссылка оказалась почётной: сегодня все эти формы воспринимают как обращения возвышенные и торжественные.

А теперь – страсти человеческие!

Язык эпохи английского ренессанса был невероятно пластичным и сочным сам по себе. Но именно в you и thou – вся соль шекспировской драмы: отношение героев друг к другу, их эмоции и личный ад.

Ад и правда начинается с местоимений. По обычаям 16-го века you говорят дети родителям, слуги – патрону, подмастерья – мастеру, верующий – духовнику, дворяне – дворянам и королю; а thou – это такое универсальное обращение к слугам, детям, супругам и собакам. Но в языке должно быть столько средств, сколько в жизни ситуаций, поэтому появляются тонкости. Например, you – это холодная вежливость и лёгкое подтрунивание, комплимент и притязания. Это ребёнок-любимчик, слуга, чьим советом дорожат, и даже ваш конь! А thou в устах и благородного, и простолюдина – любовь и ненависть, горькая обида или участие. Это и близкий друг, и ведьма, и призрак, и, между прочим, сам Господь бог!

А теперь давайте посмотрим, как оно там на самом деле, у Шекспира.

1. «Король Лир». От нежности до разочарования.

Король Лир готов отойти от дел и отдать королевство детям – трём дочерям. Взамен он хочет быть уверен в их безграничной любви к нему, и чтобы получить самую большую долю, надо очень красиво поговорить. Младшая с заданием не справляется, хотя в отличие от сестёр любит отца всем сердцем, и разочарованный Лир прогоняет её. Так это выглядит в переводе Пастернака. А в оригинале краски гуще, ведь младшая дочь – любимейшая дочь короля (только ей он говорит you), и это взаимная трагедия.

KING LEAR: what can you say to draw
A third more opulent than your sisters? Speak. 
 Лир: Что скажешь ты, чтоб заручиться долей
Обширнее, чем сестрины? Скажи.
 <фейл; даёт вторую попытку, отношение к дочери прежнее>  <…>
 How, how, Cordelia! mend your speech a little,
Lest it may mar your fortunes.
 Корделия, опомнись и исправь
Ответ, чтоб после не жалеть об этом.
 <снова фейл; он оскорблён и «тыкает»>  <…>
 KING LEAR: But goes thy heart with this?  Лир: Ты говоришь от сердца?

2. “Гамлет, принц Датский”. Дух… или всё-таки отец?

Весь первый акт Гамлет обращается к Призраку на «ты» не только потому, что именно так принято обращаться к сверхъестественным существам. Он не верит, что это его отец и король, но как только всё становится на свои места, принц переходит на you как примерный сын.

3. «Генрих VI», часть III. Как увильнуть от предложения и вывести человека из себя?

Король Эдвард IV спит и видит леди Грей своей королевой. Дама не в восторге, но королю так просто «нет» не скажешь, поэтому вся надежда на динамо-машину – светскую дипломатию. Английский текст шикарен сам по себе, а с русским переводом явно «что-то не так».

KING EDWARD IV

Sweet widow, by my state I swear to thee
I speak no more than what my soul intends;
And that is, to enjoy thee for my love.

<король к подданному + подкатывает> 

Король Эдуард

Прелестная вдова, клянусь короной,
Сказал я то, что в мыслях у меня.
Желанно мне лишь обладать тобой

 LADY GREY

And that is more than I will yield unto:
I know I am too mean to be your queen,
And yet too good to be your concubine.

<леди держит дистанцию. П.С. графа де Ля Фер все увидели?))>

 Леди Грей

Что вам желанно — не могу исполнить.
Для королевы слишком я ничтожна
И слишком для наложницы честна.

 KING EDWARD IV

You cavil, widow: I did mean, my queen.

<злится, делает официальное предложение, поднимая до себя>

Король Эдуард

Ты не лукавь! Сказал я: королева.

 LADY GREY

‘Twill grieve your grace my sons should call you father.

<ещё одна попытка увильнуть, шпилька в тему престолонаследия>

 Леди Грей

Вам неприятно будет, государь
Когда мой сын вас назовет отцом.

 KING EDWARD IV

No more than when my daughters call thee mother.

<делает вид, что всё прекрасно и его предложение
не обсуждается, ибо дама – снова подданная>

 Король Эдуард

Не более, чем если дочь моя
Своею матерью вас назовет.

Thou в эмиграции и диалектах

Прелесть ситуации с you и thou не в том, что одно «победило» другое, а в ярмарке крайностей. Как только выканье стало нормой, появились редкие любители тыкать всем подряд – квакеры (Религиозное общество друзей). Для них you в значении «Вы» было символом человеческой гордыни и пустых социальных установок, потому что «все люди перед богом равны» (с). Кроме того, с точки зрения грамматики, обращаться к одному человеку на «ты» куда как правильнее, чем делать вид, что его тут много.

Писали они на эту тему охотно и зло, например:

“That which cannot bear thee and thou to a single person, what sort soever, is exalted proud flesh, and is accursed” (Richard Farnsworth, The Pure Language of the Spirit of Truth).

Не сладко им из-за этого приходилось, и многие отправились за счастьем в Новый Свет. По thou и thee для единственного и ye для множественного числа можно в наше время распознать потомка тех самых квакеров.

Замечено, что современный юг штатов, где в ходу you, по-своему ощущает недостачу местоимений – там используют you (ед.ч.) и you all (мн.ч.). Английские диалекты до сих пор живут своей жизнью: в Йорке и Ланкашире можно услышать thee и “tha knows” вместо you и you know.

И как знать, может, это универсальное, вежливое you когда-нибудь и вправду на «ты» и «вы» разделится?

Автор: HeadMatters

Источник

* - обязательные к заполнению поля


https://ajax.googleapis.com/ajax/libs/jquery/3.4.1/jquery.min.js