Рубрика «люди МГА»

(Мы продолжаем цикл очерков из истории нашего университета под названием «Красный Хогвартс»).

В НИТУ «МИСиС» сейчас очень активно отмечается 75-летие Великой Победы. Это будет первый большой юбилей без ветеранов. Еще на 70-летие в университете были живы четверо, если не путаю, участников войны, за эти пять лет они все ушли.

Дальше — только документы. Но, как историк, хочу заметить, то иногда документы впечатляют не меньше, чем рассказы живых людей. Мне часто вспоминается мое прошлогоднее расследование загадки, связанной с четырьмя не совсем обычными сотрудниками нашего университета.

Как и все интересные исторические расследования, оно началось с малого. Я бы даже сказал — с малого и скучного. Со скучного наследия бюрократов — протокола заседания Правления Московской горной академии в июне 1924 года:

«Параграф 25. Слушали: Заявление топографов геодезистов С. Лобик, В. Федорова, Румянцева, Орешкина о зачислении их на службу в состав топогр. геодезич. партии Комитета по Грозненским разведкам при М.Г.А. Постановили: Зачислить».

Красный Хогвартс. Офицеры, или Почему историк подобен детективу - 1

Скучный документ валялся в столь же скучном архивном деле топографа Федорова Василия Андреевича. Мало того, что скучном, так еще и худом как велосипед — всего 18 листочков. Работая в архиве, пролистать я его решил исключительно из чувства долга и ничего интересного не ожидал.

Заявление о приеме на работу, уведомление о приеме, дежурные справки о праве работников ВТУЗов на дополнительную жилплощадь в 20 квадратных аршин и запрещении «уплотнения», командировочное в Чечню…

Что это?

25 июня 1924 года начальник административно-хозяйственного управления Мирон Чередниченко отправляет телеграмму в Грозный ректору Московской горной академии, знаменитому академику Ивану Губкину: «ФЕДОРОВ БЫВШИЙ ОФИЦЕР БЕЛОЙ АРМИИ НЕОБХОДИМО ПОРУЧИТЕЛЬСТВО Я ЕГО НЕ ЗНАЮ ТЕЛЕГРАФИРУЙТЕ». Читать полностью »

Мы возобновляем цикл очерков из истории нашего университета НИТУ «МИСиС» под названием «Красный Хогвартс». Сегодня — о людях хороших и спорах в Сети.


Как там было у классика? «Я взглянул окрест меня — душа моя страданиями человечества уязвленна стала».

Вот-вот. В соцсети хоть не заходи, «булкохрусты», «коммуняки» и «либералы» опять насмерть бьются в интернете, крики множатся, вентиляторы перегреваются, и никто не хочет уступать. Все требуют немедленного исполнения собственных мрий, и никто не хочет жить в реальности.

Хотите расскажу реальную историю жизни одного реального человека? Как у меня часто бывает — неполную, урезанную, но оттого не менее показательную.

Для меня эта история началась с сайта «Письма из прошлого», где собираются коллекционеры почтовых открыток. Там обнаружилась переписка двух девочек, двух гимназисток, двух Надь.

image

Ничего особенного — обычная переписка двух петербургских подруг, одна из которых уехала на лето с папой в тогда еще не курортный Железноводск, а вторая скучает на собственной — что редкость — даче в Келломяки.

Июнь 1908 года, шесть лет до великой войны, девять лет до великой революции. Надя Стуколкина отправляет открытку с видом Келломяки Наде Сергеевой:Читать полностью »

11 сентября 1903 г. в семье осевшего в Москве крестьянина-старовера Павла Алимарина родился сын, которого назвали Ваней.

Ване Алимарину не везло с образованием. Нет, начальное образование он получил — в Рогожском училище.

image

Ваня Алимарин (в центре) — ученик Рогожского училища.

Нет, не в том Рогожском училище, которое сейчас Московское старообрядческое духовное училище, а том Рогожском училище, которое сейчас Детская музыкальная школа имени Н.А. Алексеева. Да, того самого Николая Александровича Алексеева, который знаменитый московский городской голова, основатель и первый директор училища. Который потом передал директорство своему двоюродному брату, известному предпринимателю и промышленнику Константину Сергеевичу Алексееву, более известному под сценическим псевдонимом «Станиславский». Да, тот самый, который «Не верю!».

Но я отвлекся. Вернемся к Ване, который закончил Рогожское училище.Читать полностью »

Продолжаем разговор про мальчиков с фотографии

Геолог

Рядом с Фадеевым – Алексей Александрович Блохин, тогда, конечно, просто Алёша. Он известен несравненно хуже Фадеева, биография, соответственно, изучена без подробностей, поэтому рассказ будет много короче.

image
Алексей Блохин

Алексей старше своих соучеников – он родился 31 мая 1897 года, то есть на этом снимке ему уже двадцать пять. Он вообще самый старший на этом фото – Иван Апряткин, бывший деятель профсоюзного движения Азербайджана (второй слева в нижнем ряду), младше его на год, 1898-го года рождения. Все остальные – сопляки, родившиеся уже в XX веке.

image
Иван Апряткин

С Фадеевым Блохина роднит происхождение – у обоих отцы свой трудовой путь начинали сельскими учителями. Только если Фадеев-старший скоро примкнул к народовольцам и после первого ареста получил так называемый «волчий паспорт», лишающий его права проживать во многих местах России и заниматься учительством, то Блохин-старший так и учительствовал. Учительствовал всю свою жизнь в деревне Головино Костромского уезда, где и родились его дети. Когда выросли первые ученики – он учил их детей, выросли дети – учил внуков. И так 44 года подряд. Очень простой рецепт.

Это был совсем другой дореволюционный типаж, оказавшийся очень живучим – не революционеры, а низовая российская интеллигенция, всю свою жизнь в поте лица своего возделывающая доставшуюся ниву. Живущая среди народа и ничем, по большому счёту, от него не отличающаяся, вместе с ним переживающая все выпадающие радости и невзгоды. Все эти священники, врачи, учителя – окормляющие паству, каждый в своем секторе, и не требующие награду. Всегда мечтающие: «Лишь бы детям доля полегче досталась», и выбивающиеся из последних сил, чтобы дать детям нормальное образование.

Так было и у Блохиных.Читать полностью »

Раз уж речь зашла о Фадееве, нельзя не вспомнить еще об одном студенте Московской горной академии – Николае Константиновиче Костареве.

Он родился в 1893 г. в Перми в семье казачки и разночинца. В этом самом 1893 году Антон Павлович Чехов плыл на Сахалин, долго смотрел с борта на свинцовые волны стылого Охотского моря, а вечером записал в книжечке: «Когда с мальчика, начитавшегося Майна Рида, падает ночью одеяло, он зябнет, и тогда ему снится именно такое море».

Родившийся в тот год мальчик Коля — видел такие сны.

image

Пермь и сегодня является довольно брутальным городом, а уж до революции, окромя заводов да кабаков там мало что водилось. К счастью, никакая окружающая среда не может отменить книги, в которых есть все то, чего недостаточно в реальности — мечта, приключения, романтика и чудеса.

Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров,
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от мелких своих катастроф.

Детям вечно досаден их возраст и быт,
И дрались мы до ссадин, до смертных обид,
Но одежды латали нам матери в срок,
Мы же книги глотали, пьянея от строк.
Читать полностью »

Сегодня в выпуске: преторианская гвардия Революции, когда персидское казачество восстало, резидент с кокаином, тайна первого слева и многое другое

Когда я занимался Мелким Бесом, то бишь Вахтангом Тиграновичем Тер-Оганезовым, мне попался… Уже хотел произнести слово «любопытный», но на самом деле – нет. Совсем не любопытный документ попался, попалась «цидулька бюрократическая обыкновенная». Это приказ № 192 по Московскому геологоразведочному институту от 23 октября 1931 г.: «Утвердить с 22/X 31 г. Методическое Бюро Геофизического Отделения в следующем составе: Думпис М.Ф. – председатель Методбюро; Шпигель С.А. – секретарь Методбюро; члены Методбюро: Заборовский А.И., Тер-Оганезов В.Т., Бончковский В.Ф., Баранов В.И., Левшин В.Л., Сорокин Л.В., Малышев Н.П. и два представителя от студорганизаций. И.О. директора МГРИ Митрофанов».

Ну и что в нем интересного, спросите вы? Интересное в нем – фамилия председателя, отвечу вам я. Когда я напишу в Википедию статью про Макса (он же Марк) Франциевича (он же Фрицевич) Думписа (он же Думбис и Думпеис), то сразу под фамилией мне придется выдать перечень плохо стыкующихся между собой профессий:

image

Думпис, Макс Францевич — известный советский революционер, военачальник, востоковед, дипломат, разведчик и геофизик.

И все это чистая правда. В биографии этого человека «генерального консула СССР в Кашгаре» мирно сменяет «студент Московской горной академии», «резидент советской разведки в Мазари-Шарифе» ничуть не мешает «ректору Московского горного института» а «комбриг 170-й бригады 57-й стрелковой дивизии четвертой армии Западного Фронта РККА» вполне себе сочетается со «старший научный сотрудник АН СССР по группе технической физики».

Это время, уважаемые читатели. Это было такое время и такие люди.

Сюжет первый, воин: «Берзини, Споргисы, Клявини...»Читать полностью »

Сегодня в выпуске: взбесившаяся пишмашинка в Наркомпросе; 85-летний снайпер; к вопросу в о влиянии солнечной активности на революцию, «Папа Римский, открой архивы!» и многое другое.


Вартан Тигранович был мелкий бес. Нет, правда-правда – это прославленное Федором Сологубом словосочетание описывало его идеально. Но проблема была не в этом.

Проблема была в том, что он был прОклятым мелким бесом. Причем проклятие на нем висело очень редкое – Вартан Тигранович был проклят удачливостью. Ему всегда дьявольски везло, и в этом была основная причина всех его проблем. Поэтому лучше всего начать этот очерк так:

Вартан Тигранович Тер-Оганезов был мелким бесом. Очень удачливым и потому глубоко несчастливым мелким бесом.

image
У всех моих неположительных героев какие-то мистические проблемы с фотографиями. Это единственное его изображение, что я нашел. Рисунок Л.Н. Радловой.

Он родился 10 октября 1890 года в городе Тифлисе в семье коллежского регистратора Тиграна Вартановича Тер-Оганезова. Коллежский регистратор (он же «елистратишка простой») это – напомню – четырнадцатый, самый низший чин знаменитой «Табели о рангах». Он даже прав на личное дворянство не давал, только на почетное гражданство. Тот самый чин, о котором Александр «наше все» Пушкин предельно честно написал в «Станционном смотрителе»: «Сущий мученик четырнадцатого класса, ограждённый своим чином токмо от побоев, и то не всегда». Последнее замечание очень показательно, особенно если вспомнить, что один из персонажей рассказа «Смех и горе» Николая «Левши» Лескова именует коллежских регистраторов не иначе как «Не бей меня в рыло». В общем, папа у него был не самых больших чинов.Читать полностью »

(начало здесь)

У Революции, как известно, много неприятных привычек. Она не только пожирает своих детей, но и любит жонглировать людьми, то забрасывая их в горние выси, то роняя в самую грязь из князей. Но даже те, кого забросило на вершину, редко бывают счастливы. Революция – дама ветреная.

Когда самодержавие пало, Федоровский уверенно пошел в гору, и немудрено — Революция была его стихией, слом старого порядка будоражил его по-настоящему, заставлял петь его свободолюбивую душу. Ветры перемен, задувшие в феврале, грозили обернуться для страны ураганными шквалами, но Федоровский не боялся – он был счастлив.

Когда человек окрылен, он либо взлетает, либо разбивается. Федоровский, как я уже сказал, высоту набирал очень уверенно. Никому не известный старший лаборант (место преподавателя он получит только в 1918 г.) делает стремительную карьеру. В марте 1917 он работает в вышедшей из подполья Нижегородской организации РСДРП (б), в мае его избирают членом Временного окружкома РСДРП с правом совещательного голоса, все лето он выпускает газету «Интернационал», на страницах которой вновь жжот глаголом Степан Финляндский. Скрывавшийся за этим псевдонимом Федоровский все-таки был журналистом милостью божьей — сохранившиеся статьи убедительно свидетельствуют, что и многим сегодняшним мэтрам публицистики есть чему у него поучиться. Вскоре наш герой набрал такую популярность и в городе, и в губернии, что возглавил сначала Нижегородский совет рабочих и солдатских депутатов, а потом — и губернский комитет партии. После Октябрьской революции Федоровский, большевик с дореволюционным стажем и член РСДРП с 1904 года, встает во главе всей Нижегородской губернии, одного из крупнейших и экономически развитых регионов страны.

imageЧитать полностью »

Раз уж в рассказе про мажора всплыла фамилия Федоровского, пора уже, наверное, рассказчику закончить свой «сумбур вместо истории», и вернуться к началу. Рассказать, наконец-то, откуда все-таки взялся наш Красный Хогвартс, как он появился на этой земле и кто в этом повинен. Лучше поздно, чем никогда, да.

Они оба были провинциалами и сверстниками – родились в 80-х годах XIX века. Да, еще оба занимались кристаллографией и минералогией.

Во всем остальном столь несхожих людей еще поискать.

Первый, Дмитрий Артемьев, родился в Нижнем Новгороде «в семье чиновника», как он всегда осторожно указывал в анкетах. На самом деле папенька Николай Иванович Артемьев если и был чиновником, то весьма непростым. По молодости, проведенной в Белоруссии, он и впрямь какое-то время числился «в штате канцелярии Минского Губернатора», но уже в 1971 году, еще до рождения сына, служил полицейским надзирателем города Кобрина, потом был приставом и помощником полицмейстера в Перми. Там же, в Перми, и дослужился до начальника Пермского Исправительного Арестантского отделения. Именно так назывался печально известный пересыльный замок, поставленный за городом на знаменитом Сибирском тракте, куда небезызвестный пермский конвой ежедневно доставлял арестантов, шедших в Сибирь на каторгу и в ссылку.

image

Пермское Исправительно-Арестанское Отделение — фото сотрудников и знак. К сожалению, фото не датировано, поэтому можно только гадать — есть ли на нем Артемьев-старший.
Читать полностью »

Мой первый герой в этом цикле очерков был практически никому не известным человеком, второй – самым, наверное, знаменитым студентом МГА, третий занимает промежуточное положение – о нем периодически вспоминают СМИ, но не так, чтобы настойчиво и с энтузиазмом. А началась эта история со старого анекдота про богатого папу скромного студента. В общем, пошли знакомиться!

image

Вот он. Согласитесь – красивый молодой человек. Даже не то, чтобы красивый… Ухоженный – так будет точнее.

С другой стороны – а что бы ему не быть ухоженным? Сегодня его назвали бы мажором, потому как на наши деньги он был сыном олигарха. Звали юношу Владимир Васильевич Аршинов, и был он сыном купца первой гильдии Василия Федоровича Аршинова, сукнодела-миллионщика и поставщика двора Его Императорского Величества, сделавшего огромные деньги на поставках обмундирования для русской армии.

Папаша презанятный, надо сказать, был человек. Родился в уездном городке Саранске, ныне гордой столице Мордовии, в многодетной семье крестьянина, перебравшегося на заработки в город и записавшегося в мещанское сословие. Одиннадцати лет от роду был отдан «в люди» — «мальчиком» в лавку села Починки. Получив должное количество тумаков и шишек и постигнув мир торговли изнутри и с самого низа, повзрослевший «мальчик» в 1872 г. 17-летним Д`Артаньяном отправляется покорять столицу. Правда, за неимением какой-либо лошади, пусть даже и оранжевой масти, Аршинов-старший ушел в Москву безо всякого пафоса – пешком и без обуви.

А вот дальше начинается интересное. В отличие от множества амбициозных провинциалов, Василий Аршинов не сгинул бесследно на московских изогнутых улицах.Читать полностью »


https://ajax.googleapis.com/ajax/libs/jquery/3.4.1/jquery.min.js