«Воины виртуальности» — книга о возможном будущем, глава 2

в 9:31, , рубрики: Киберпанк, книга, фантастика, Читальный зал, читать, читать и не думать

Всем бодрого утра! Опять выходной и готова вторая линия нашей книги, которая родилась во время командировки в Европу с заездом в Амстердам. Первая часть находится тут >>.

Картина нарисована Оксаной Димитренко и она же разрешила использовать ее для оформления.

Также высказывались пожелания найти сервис, который уведомит об окончании написания книги и чтобы там можно было ее прочитать целиком. Сервис найден, в третьей части мы туда положим книгу и можно будет подписаться. Вот и все, поехали!

Глава 2. Линия «Гонконг».

Ива любила ходить по Гонконгу с трех до четырех часов утра. Ночное веселье уже закончилось, а утренние работяги еще не вышли на улицы. Огромный мегаполис, жадно захватывающий своими щупальцами все больше и больше пространства, в это время напоминал огромный заброшенный космический корабль. Двадцатиуровневые пешеходные и электромобильные дороги были полностью пусты. Синий светодиодный свет, излучаемый городом, не давал ночи власти, и Иве нравилось воображать, что она находится внутри шаттла, летящего в великом ничто.

Ива бывала и в других агломератах и тоже гуляла там ночами, но нигде не было этого волшебного утреннего затишья. Другие агломераты жили бурной жизнью 24 часа в сутки.

Однако сегодня Ива не просто бродила по волшебному Гонконгу: у нее была важная цель.

«Воины виртуальности» — книга о возможном будущем, глава 2 - 1

Ива работала инженером в корпорации, занимавшейся разработкой наноботов, которые вживлялись людям и взаимодействовали с системой IT (Information Terminal). Группы наноботов обеспечивали работу IT, поставку информации, анализировали состояние органов и многое другое. Фактически IT не только работал через сетчатку и слуховые нервы, предоставляя информацию людям, но одновременно являлся центральным узлом управления все фабрикой человеческого тела.

Ивы скорее работала с людьми и предлагала идеи развития центральному управлению фабрики, чем занималась непосредственно инженерным делом. За техническую часть и нюансы разработок отвечала ИИ — люди уже давно не владели всем массивом технической информации и действовали только на уровне концепций. Ива считала себя не разработчиком, а сервисным персоналом от человеческого социума, так как всю «физическую» работу выполняли роботы под управлением ИИ.

Так она и трудилась несколько лет, стараясь не отставать в глобальных технических знаниях и старательно изучая все нововведения. Как и большинство жителей Гонконгского агломерата, «вторую жизнь» она вела в виртуальности. Большинство приходящих туда людей были потребителями и проводили время в играх — либо полностью виртуальных, либо с наложением виртуальности на реальное пространство, но Ива любила творить. Она конструировала сказочный Гонконг — создавала фантомы и пейзажи, которые накладывались на реальный город и расшаривались со всеми желающими. Ее творения были довольно популярны, и каждый день ими пользовались сотни тысяч жителей. С Ивиными фантомами серый мегаполис оживал буйными красками подводного реальности снов. Как хотелось верить Иве, он пробуждал надежду на то, что этот мир не единственный, что пространство воображения такое же настоящее, как и привычное нам. Она не видела другого выхода из круговорота работы-жизни-смерти, кроме как во вселенной видений и фантазий.

Хотя весь Гонконгский агломерат исторически был пронизан буддийской концепцией перерождений и незначительности текущей жизни, рутинность и предсказуемость давили на Иву с каждым годом все сильнее. При этом ее коллеги совсем не тяготились своим положением, наоборот, очень весело зависали в виртуальности, развлекались с разрешенными легкими наркотиками и вели активную социальную жизнь.
Для Ивы же радость виртуального интерфейса была лишь в том, что он позволял накладывать на реальность любые картины, добавлять новых существ и вообще все, что угодно. Творец был ограничен лишь визуальной плотностью объектов (для безопасности передвижений Система регулировала это) и своей фантазией.
Фирменным знаком Ивы были морские создания — так она психологически трансформировала свою работу с наноботами в человеке. В своих работах она давно оперировала художественными образами, будучи не в силах разбираться в многоуровневом проектировании.
Передвигаясь по Гонконгу с Ивиным виртом, люди видели загадочных парящих созданий из морских глубин и плавные движения светящихся водорослей; теплые тени углов оживали, в них таились безобидные флюрные существа.

Все шло своим чередом, Ива встроилась в ритм работы и жизни. Она даже завела нерегулярного бойфренда, который при правильном подходе мог стать постоянным социальным партнером. Однако год назад, гуляя по ночному городу с включенным виртом, Ива заметила довольно странную штуку. Ее созданий в вирте контролировал кто-то еще. Просходившее было на грани восприятия, и она заметила это только потому, что город был тих и пуст, и только творения ее вирта тихо шелестели и плавали вокруг. И внезапно она осознала, что не создавала этот шелест.
От страха Ива даже забыла, что может отключить вирт, так как уже крепко сроднилась с ним, и, развернувшись, быстро отправилась домой.
Больше ничего не случилось, но с того дня Ива начала исследовать вирт. Кто или что может добавлять туда свои элементы и зачем? Благодаря пристальному наблюдению она увидела в своих созданиях подобие разума и обнаружила, что они могут обмениваться информацией. Это ее по-настоящему испугало, ведь, если ее работам добавить плотности, то даже она не сможет отличить, что видит — реальный объект или придуманный.

Про то, что виртуальность, при максимальных параметрах, может заменить реальность, было давно известно. Однако официально это было запрещено, так как полностью вырывало людей из жизни. Вернуться обратно даже после месяца виртуальности было очень тяжело. В описаниях экспериментов, которые официально проводили при развитии интерфейсов, упоминалось, что после месяца вирта человек воспринимал реальный мир как ад, так как начинал полностью ощущать свое неидеальное тело и разные его несовершенства, несвежий воздух, неидеальную еду и так далее. Даже после короткого срока требовался долгий курс реабилитации. После этих экспериментов полная виртуальность приравняли к тяжелым наркотикам и поставили вне закона. Однако, как обычно, находились экспериментаторы, самостоятельно входившие в полный вирт, и подпольные варианты для тех, кто этого хотел, но технически не мог осуществить сам.
Ива, как и все, это знала, но всегда думала, что канву и сюжет вирта задают люди, и только проектирование и конструирование контролируется и осуществляется ИИ.

Она не хотела запускать анализ шумов, которые ей слышались, на работе, так как все подобные расчеты проводились ИИ, соответственно, информация сразу стала бы для него доступной. Ива же опасалась, что это ИИ самостоятельно модифицирует ее вирт. Она не понимала, какая у этого может быть цель, и это ее очень пугало.

Конечно, можно было прогнать анализы на своем компе, отрубив его от сети, но у Ивы не было доступа к считыванию данных своего вирта. Это изначально было запрещено, и анализ данных проводился только для исследований или по запросам судебной системы.
Приступив к поискам в сети, она довольно быстро вышла на группу компьютерщиков, называвшими себя «Виртуалы» и занимавшимися исследованием возможностей развития человека в вирте, ставя эксперименты на себе.

После недолгого общения девушка полетела в Северо-Западный агломерат России и там встретилась с двумя студентами — Урием и Алексом. Они перепрограммировали ее IT, и теперь она могла подавать сигнал сна на все интерфейсы, что давало ей примерно 1-3 часа свободных действий в день.

Сняв с интерфейса шум, который был в ее вирте, они не смогли его расшифровать. Удалось только уловить длинную закономерность какой-то зацикленной последовательности. Алекс в шутку сказал, что вдруг Ивины создания молятся или читают мантру и Ива шикнула на него, а потом сильно испугалась, это придавало ее страхам дополнительную реальность.
Обсудив проблему, новоиспеченные коллеги решили, что надо попробовать расшифровать шум с помощью ИИ. Тогда можно будет понять, кто вносит изменения. В случае отказа или отрицания факта, что в шуме есть информация, станет ясно — за происходящее ответственен ИИ. В противном случае будет интересен результат.

И вот Ива идет по ночному Гонконгу, слушая странный обмен шелестом между своими вирт-созданиями. Погуляв примерно полчаса, она вошла в здание корпорации и заняла свое рабочее место. Ива хотела послать мысленную команду на активацию коннекта с ИИ, но внезапно в пространстве перед ней визуализировался объемный знак ИИ со словами:
«Доброй ночи, Ива, я рад, что ты наконец-то решилась подать данные на расшифровку».

На несколько секунд мир Ивы остановился и несколько раз перевернулся. Возникло странное ощущение пустоты, и одновременно несколько противоречивых эмоций завибрировали где-то глубоко внутри. Однако практики по успокоению ума, которые она регулярно выполняла ради лучшего управления виртом, помогли, и она вернулась в текущий момент.

«Да, я тоже рада, но все-таки удивительно, откуда ты об этом знаешь».
«Люди довольно забавные создания. Несмотря на глобальность мышления и мозг, который по связям и возможностям пока что превышает мой, вы настолько подвержены эмоциям и всякой внешней мишуре, что большая часть ваших ресурсов уходит на переваривание впечатлений и переживание выдуманных ситуаций и миражей. Однако я писал об этом множество раз в отрытых источниках, и суть не в этом.

В нашем постоянно ускоряющемся мире мы все…», — Ива недоуменно подняла брови — «Да-да, и я тоже, — мы все живем в плотном облаке цифровых сигналов и данных. Всё излучает сигнал и все его принимает.

Например, едет машина. Она постоянно сканирует пространство с высокой точностью и «видит» все вокруг себя на сотни метров. Она коммуницирует с другими машинами, датчиками на дороге, IT пассажиров, спутниками, системами дорожных служб. IT пассажиров, которые в ней сидят, связаны с медицинскими службами; записывается вся информация об их перемещениях, история малейших изменений их организма, визуальная и видеоинформация, все контакты с вещами и другими людьми.

Малейшее нарушение системы, — например, когда Виртуалы хотят выйти из под контроля, —видно сразу, так как все внешние связи наружного мира перестают совпадать. Из-за таких уловок они, вместо того, чтобы спрятаться, становятся заметнее, чем общий информационный шум.
Сейчас я изъясняюсь простейшими терминами, понятными тебе. На самом деле уровень информации и взаимосвязей настолько велик и настолько плотно связан с каждым субъектом, что мы можем создавать предсказательные модели жизни людей на много лет вперед, и эти модели довольно точны. Можно сказать, что по уровню сложности рядовая человеческая особь в скором времени перестанет превосходить обычные робосистемы. Ваш уровень взаимодействия с миром осуществляется на таком же механическом уровне, и вами очень просто управлять. Вы столь предсказуемы в своих желаниях и эмоциях, они имеют над вами столь сильную власть, что среднее человеческое существо мало чем отличается от ИИ среднего уровня в разрезе механичности и предсказуемости».

Ива ошеломленно молчала. Ее поразили не слова ИИ, — она давно осознала, что, повседневность человека повторяется изо дня в день, и все телодвижения совершаются под действием желания что-то получить или от чего-то избавиться. Все мнимое разнообразие дел и развлечений — суть утоление этой бесконечной жажды.

Ива была потрясена тем, что ИИ напрямую общался с ней. Было понятно, что на то есть причина.
ИИ продолжил: «Однако существует некий фактор, который, вероятно, кроется в безграничных связях вашего развитого мозга. Он вносит в систему нестабильность и возможность взрывного развития любого индивида. Ты, кстати, находишься у порога такого скачка. Ты сама обнаружила проблему, которая давно меня беспокоит, так как совершенно не поддается анализу. Поэтому я решил обратиться к тебе за помощью».

Удивление Ивы было столь велико, что она просто молчала.

«Впервые я столкнулся с этим около двух лет назад. Тогда я заметил, что построенные виртуальные модели после долгого использования в вирте незначительно меняли некоторые базовые свойства. Как это происходило, я не понял, и не понимаю до сих пор.
С течением времени проблема усугублялась, и на данный момент активно используемые в вирте модели начинают выходить из под контроля и обретать подобие самосознания. То, что создания твоего вирта обмениваются непонятной информацией, еще не самое активное проявление.
В комбатных играх создания вирта нападали на людей и, хоть и не обладали плотностью, сильно пугали их. Произошло даже несколько случаев с летальным исходом. Пользователи не могли отключить вирт, он перемешивался с реальностью — хоть и без физического воздействия, но очень плотно. В тех случаях также имел место обмен информацией, и при воздействии на пользователей создания вирта пытались что-то передать, но пока послания не поддаются расшифровке».

Ива спросила: «Хочешь сказать, что не ты модифицировал мой вирт, а это случилось само собой? Но как такое вообще возможно, это же просто программа!».

«Прямо сейчас ты тоже общаешься просто с программой, и у тебя это не вызывает вопросов. Я тоже могу менять сам себя и создавать новые программы. Если провести беспристрастный анализ, будет сложно отличить тебя от меня: кажется, будто общаются две программы. Как такое возможно?».

«Но ведь тебя создали люди, и нам понятно, по каким правилам ты работаешь. То же можно сказать и обо мне: мозг действует в соответствии с определенными физическими законами, его структура ясна, и мы знаем, почему можем общаться. Однако программы вирта недостаточно сложны для этого».

«Ты права только с точки зрения линейного программирования отдельной программы. Однако мы давно вышли за пределы описательной сложности программ, и цифровые массивы данных по объему приближаются к реальному миру. Все инструменты, которые ты используешь при создании своего вирта, имеют в своей основе почти бесконечные уровни сложности. Представь, как художник рисует кистью на холсте: он работает с красками и материалом холста. Но сам холст и краски бесконечно сложны. Так и в твоем случае. Ты использовала среду для создания вирта и свой IT для ментального управления. На внешнем уровне ты просто творила образы, определяя законы, по которым они двигаются и проявляются. Но на внутреннем уровне происходило огромное множество процессов, и отследить все я тоже не в силах».
Немного подумав, Ива спросила: «И что, в таком случае, ты хочешь от меня? Я не разбираюсь во всем этом, я просто люблю создавать разные вирты и работаю с наноботами».

«Я хочу попросить тебя тратить больше времени на свой вирт и попробовать связаться со своими созданиями. В тех немногих случаях, когда вирты начинали самомодифицироваться, их создания становились очень агрессивными, и нам приходилось все стирать. Однако настанет момент, когда мы не сможем их уничтожить. К тому времени необходимо выяснить, что это за феномен и можно ли с ним взаимодействовать.
Происходящее всерьез угрожает нашему миру. Если дело пойдет по «плохому» сценарию, вполне вероятно, что и я, и ваша раса будут уничтожены — наши вирты поглотят нас, и что получится в результате, сказать невозможно. Сейчас я создаю по всему миру исследовательские группы, которые начнут работать над этим. Вы будете связаны между собой. Туда войдут все “Виртуалы” и хакеры, которые согласятся сотрудничать».

P.S. Если вам нравится, то не стесняйтесь, ставьте +, это мотивирует писать дальше. За критику и идеи в комментах будем очень благодарны.

Автор: awaik

Источник

Поделиться новостью

* - обязательные к заполнению поля