На то, чтобы из растения с плодами размером с горошину вывести прекрасный и сочный помидор, у человечества ушли тысячелетия. Теперь при помощи редактирования генов учёные могут изменить всё.
Как любой уважающий себя фермер, Захари Липман ворчал по поводу погоды. Крепко сбитый, с коротко остриженными волосами и бородой, Липман стоял в теплице, расположенной посередине Лонг-Айленда, окружённый изобильной и буйной растительностью. «Ой, даже не спрашивайте», — отозвался он о поздней и суровой весне. Это был вторник середины апреля, но в прогнозе рассказали о вероятности выпадения снега, а через весь остров дул холодный ветер. Это вовсе не та погода, что вызывает в памяти мысли о летних помидорах. Но Липман думал о будущем, о Дне поминовения [последний понедельник мая / прим. перев.], когда тысячи тщательно выпестованных саженцев помидоров будут перемещены из теплиц на плодородную землю Лонг-Айленда. Он надеялся, что погода, наконец, переменится.
Хотя подростком он и работал на ферме, и у него сохранилась романтическая привязанность к земле, Липман – не фермер. Он ботаник из Лаборатории Колд-Спринг-Харбор из Нью-Йорка, изучающий генетику и развитие растений. А все эти тепличные растения – не обычные помидоры.
Читать полностью »
