В основе аутоиммунных заболеваний щитовидной железы лежит поликлональный механизм. Соматические мутации в иммуннорегуляторных локусах ставят под сомнение традиционные подходы к лечению.
Иммунная система постоянно балансирует: она должна уничтожать чужеродные агенты, но при этом не атаковать собственные ткани организма. Иммунная толерантность обеспечивается регуляторными факторами, которые предотвращают активацию лимфоцитов против аутоантигенов.
Группа исследователей впервые смоделировала полный жизненный цикл живой бактериальной клетки с наномасштабным разрешением, отследив поведение каждого гена, белка и химической реакции от репликации ДНК до клеточного деления. Результаты исследования, опубликованные в журнале Cell, открывают возможность заменить сотни реальных лабораторных экспериментов одной комплексной 4D-симуляцией.
Смоделированная клетка на ранних стадиях деления
Я вижу вас, сидящих в передних рядах и стоящих в последних: техлидов и архитекторов, сисадминов и инженеров, менеджеров и разработчиков. Я знаю, что многие из вас оказались здесь, в этом храме, впервые. Я вижу, как вы с улыбкой смотрите на эти старинные своды и древние иконы. Я знаю, о чем вы думаете. Для вас всё это — легаси‑код. Огромный монолит, написанный на мертвом языке. Архитектурный долг человечества, который мы выплачиваем по традиции. Прошивка, которая безнадежно устарела.
До недавнего времени оптогенетика использовалась преимущественно в экспериментах. Отследить активность в конкретной части мозга, проследить связь между стимуляцией участка мозга и поведением субъекта. Главное её преимущество: точечный контроль отдельных цепей нейронных связей. Но насколько реально перепрошить геном человеческих нейронов, а потом стимулировать их светом, через вживленное или внешнее оптоволокно? Вот этому и посвящен новый материал!
Можно утверждать, что СДВГ это результат развития игровой индустрии, социальных сетей и интернета в целом. Можно обвинять в нем микропластик или «химию в жидкостях наших тел». Но у СДВГ есть и генетический бэкграунд. Три гена, и вероятность синдрома взлетает в 15 раз.
6 ноября 2025 года умер Джеймс Уотсон, обладатель Нобелевской премии по физиологии или медицине за 1962 год, которую он получил совместно со своим старшим коллегой Фрэнсисом Криком и научным руководителем Морисом Уилкинсом. Из-за того, что по правилам Нобелевского комитета премия может вручаться одновременно не более чем троим соавторам исследования, в эту тройку не включили аспирантку Розалинд Франклин, которая была в этой компании настолько же важным «мокрым биологом», насколько важны были Крик и Уотсон в качестве исследователей и визионеров.
Примерно 6-10 лет назад область редактирования генома гудела от возможностей CRISPR. Это были генетические ножницы, помогающие как вырезать дефектные части из ДНК, так и дополнять спираль генами извне. Вот только применять CRISPR это как стрелять из снайперской винтовки через оживленную улицу. Пуля-то попадет в цель в любом случае, но очень высока вероятность, что она затронет невинных жертв. Поэтому бактериальные ретроны выглядят как потенциальная альтернатива редактирования генома. Или даже аугментации видов, чем биотех не шутит?
