Неожиданная встреча. Часть 2

в 9:31, , рубрики: научная фантастика, Читальный зал, чтение

Очнулся Лекс от того, что его кто-то дёргал за согнутую ногу, словно пытаясь снять обувь. Лекс поймал ритм подергиваний и направление движения и, подловив очередную волну, со всей силы выпрямил полусогнутую ногу. Однако, вопреки ожиданиям, нога не встретила никакого сопротивления и просто распрямилась в воздухе.

Неожиданная встреча. Часть 2 - 1

Ссылка на первую часть и оглавление

— Еще и лягается! Давай вставай! Ты цел? – Послышался голос Финка. – Терминал капитана ещё работает.

Лекс, в течение нескольких секунд, напряг все свои мышцы, проверяя свои ощущения. Затем он скосил глаза в нижний левый угол и в появившемся перед его взглядом виртуальном пространственном меню мысленно выбрал пункт проверки организма. На несколько секунд он увидел перед собой образ человека, который был закрашен в полупрозрачный зелёный цвет. По бокам выводился короткий отчет от медицинских биомодулей.

— Цел, полностью. Что с остальными?

— Двух дежурных офицеров я уже отправил на запасные центры управления. Капитан мёртв – неудачное падение, неповезло. Лаэра исчезла.

Лекс поднялся, сделал полуоборот, внимательно смотря на запястья. Два браслета слегка вспыхнули одной из своих секций при определённых углах поворота. Лекс быстро определил направления и пружинистой походкой пробежавшись по помещению нашел и подобрал два своих импульсных пистолета. Затем он пробежал к креслу капитана, ловко в него завалился и подключился к корабельной сети.

— Захват. Они двигаются к центру управления. Профессионалы. Команда практически полностью уничтожена. Запасные уже под их контролем. Двигатели, щиты, силовая, энергосистемы. Практически весь корабль. Я в системе оставил несколько закладок и отключил внутренний контроль по кораблю. Уходим. Ты – замыкающий.

Лекс быстро вскочил и побежал к одному из выходов. Пробежав несколько коридоров, они свернули в какое-то помещение, в котором сняли декоративную панель и пробрались за уровень коридоров. Привычный интерьер отсутствовал, взгляд выхватывал разные балки, трубы, какие-то конструкции, преимущественно прямоугольной формы, энергошины, множество проводов.

— Лекс, ты точно знаешь, что делаешь? Бегать между обшивками ещё то удовольствие.

— Вариантов нет. Когда они установят контроль над корабельной сетью они нас быстро найдут, а тут какое-то время нас не обнаружат. А если не шуметь, то вообще не найдут. Я заранее ознакомился с кораблём, конструкция типовая. Так что… это просто прогулка.

Финк опасливо покосился на сферическую конструкцию по ходу пути.

— Бегать тут при работающем корабле…

Лекс рассмеялся.

— Финк, во мне электроники по стоимости с десяток таких кораблей. И я знаю устройство кораблей.

***

Лекс хорошо знал о чём говорил. Кому нужен универсал из академии, который не владеет знаниями по кораблям в полном объёме? В полном! Именно этим и ценятся выпускники этого направления – один человек может заменить любого члена команды корабля. Корабли, которым требуются до шести человек для управления, универсалы могут пилотировать в одиночку. И эффективность такого управления не падает за счёт специализированных имплантатов, которые берут на себя прямое низкоуровневое управление.

Различные датчики и вычислительные блоки, встроенные в тело, соединяются в единую, обычно централизованную, сеть, которая управляется с помощью специального модуля, который располагается в мозге человека. Часть биооборудования вживляется, часть – выращивается с помощью специальных технологий. В качестве инфраструктуры передачи данных между имплантатами используется нервная система человека. На начальном этапе подобной кибернетизации человека люди редко сталкивались с отторжением или побочными эффектами от внедрения имплантатов. Однако на устранение проблем связи между ними потребовалось немало времени, так как часто возникали непредвиденные нейро-химические коллизии при передаче «родных» сигналов человека и встроенного в него оборудования. С течением времени, выработалось два различных пути решения этой проблемы. Проще и быстрее оказалась разработка и встраивание нейроузлов, регулирующих химико-электрические процессы при передаче нервных импульсов. Альтернативная и более перспективная технология — использование определенного формата и структуры сигналов, которые позволяют взаимодействовать имплантатам друг с другом, не влияя на «родные» нервные сигналы человека. Принцип этой технологии был аналогичен тому, как разные информационные потоки формируются в одном проводнике с помощью электрических сигналов разной частоты. Однако нервная система человека оказалась гораздо сложнее, чем предполагалось и это очень сильно тормозило развитие этой технологии. И первый, и второй методы обладали своими достоинствами и недостатками. Обычно, весь комплекс вживленных устройств назывался просто одним словом «нейросеть», хотя изначально этим термином обозначали только мозговой биомодуль, который выращивался в затылочной части головы.

Существовали децентрализованные варианты нейросетей, в которых каждый имплантат выполнял роль локального мозгового биомодуля. Однако разработка и внедрение подобных нейросетей были крайне трудоёмки и дороги, а высокие требования к носителям не способствовали ни изучению, ни развитию технологий. Помимо естественных ограничений, существовали неподтверждённые опасения по появлению «призрака» сознания человека, подобно тому, как это имеет место в системах с искусственным интеллектом (ИИ). Выигранная буквально чудом война с восставшими ИИ ещё долго будет не забыта, и никто не хотел допускать хоть мизерной вероятности повторения подобного даже в обмен на потенциальную возможность стать самым могущественным в исследованных и населённых жизнью мирах. К чему может привести появление призрака в живом человеке, имеющем собственное активное естественное сознание, никто не знал, незнание порождало ощущения опасности и угрозы, что сказывалось на мощном ограничении научных работ и не способствовало экспериментальному изучению данного вида нейросетей. Ограничения поддерживалось практически всем обществом, за исключением учёных, которые обычно не боятся ступить за черту неизвестности.

Различные экспериментальные версии нейросетей, обычно являлись преимущественно «полигонами» для отработки новых технологий и могли давать очень интересные возможности своим носителям. Кроме этого, упорно ходили никем не подтверждённые слухи, о том, что существовали так же ещё и нейросети древних – более ранней цивилизации, на останки которой изредка натыкались в неизведанном космосе. На флоте ходило полно рассказов про то, как некто при исследовании пространства «за красной чертой» обнаруживал «живую» базовую станцию древних, однако подавляющая часть этих рассказов изобиловала таким количеством чудес и приключений, которое заставляло усомниться в правдивости всего, что рассказывалось.

Разрабатывались и производились нейросети крупной корпорацией НейроБио Системы (НБС). Корпорация была одной из старейших и представляла из себя «государство в государстве» даже в Союзе Центральных Миров (СЦМ). Официально корпорация считалась частной. Но в реальности разделить политику властей СЦМ и влияние на неё совета директоров НБС не представлялось возможным. На нейросетях базировалось всё: сложившийся галактический порядок и система его поддержания, образ жизни, дальнейшее развитие прогресса. НБС практически не вмешивалась в «чистую» политику СЦМ, но очень активно защищала свою сферу интересов: технологии, разработки, поставки материалов, конкурирующие организации.

В периферийных мирах находились различные организации, которые тоже занимались тематикой нейросетей. Большинство из них получали исходные базовые мозговые биомодули от НБС и на их основе создавали свои нейросети, которые по некоторым узким направлениям получались даже эффективнее, чем соответствующие нейросети от НБС, но были хуже по обобщённым параметрам. Существовало несколько крупных корпораций, которые ранее были выдавлены из СЦМ, конечно, не без участия НБС, и базировались в различных крупных государствах периферии. Эти корпорации обладали полным циклом производства нейросетей. Они не могли позволить такой же размах научно-исследовательских работ как НБС, поэтому эффективность их нейросетей обычно была ниже, чем у «одногруппников» от НБС, однако некоторые разработки получались столь удачными, что это подтверждали даже в НБС. Существование этих корпораций давало независимость периферии от НБС и сильно снижало её зависимость от биотехнологий СЦМ.

Нейросети делились на виды по своей структуре, на классы по организации взаимодействия имплантатов, на типы по базовому мозговому биомодулю, на подтипы по комплексной балансировке нейросети (нейросеть может неодинаково влиять на физиологические, психологические и интеллектуальные свойства человека) и на версии, индекс которых обычно увеличивался при очередном улучшении совокупных параметров нейросети. Каждая нейросеть имела цифробуквенное обозначение, которое давало полное представление о ней. Однако обычно использовались альтернативные обозначения нейросетей, более понятные обществу.

Например, нейросеть «Администратор» слабо влияла на физиологию человека, но увеличивала способности человека к запоминанию большего количества краткосрочной информации, улучшала аналитические способности, ускоряла скорость принятия решений и, например, позволяла по мимике лица более тоньше и острее чувствовать характер и текущее настроение другого человека. Нейросеть «Учёный» по своему составу несильно отличалась от нейросети «Администратор», за исключением базового мозгового биомодуля, и позволяла эффективно запоминать не только краткосрочную, но и долгосрочную информацию, сильнее увеличивала объём памяти и аналитические способности, сильно увеличивала скорость принятия решений при анализе больших массивов данных, но практически никак не влияла на физиологию и психологию человека. Военная нейросеть «Стратег» являлась продвинутым вариантом комбинации нейросетей «Админстратор» и «Учёный», но дополнительно усиливали физиологические параметры человека, такие как, выносливость, сила, ловкость, реакция.
Одни и те же компоненты нейросети, настроенные по-разному, могли давать разные результаты, которые были востребованы её носителем. Обычные нейросети настраивались один раз. Если человеку нужен был другой комплекс способностей нейросеть приходилось менять или серьёзно перестраивать, не менялась лишь базовая часть мозгового биомодуля, так как она очень тесно интегрировалась с мозгом человека. В отличие от обычных, децентрализованные нейросети обладали возможностью переконфигурирования «на лету», позволяя её носителю гибко настраивать свойства нейросети под конкретную текущую задачу, но тонкости и нюансы этих процессов были малоизучены.

Набор по направлению «Универсал» в академию был редок, не чаще раза в десять-пятнадцать лет. К кандидатам предъявлялись специальные требования по физическому, интеллектуальному и психологическому естественным индексам. За счёт специальных тренировок и установленных имплантатов к концу обучения индексы сильно возрастали. Сами по себе ценные кадры становились буквально бесценными и составляли стратегический ресурс любого государственного образования. Обычно, предоставляя такие возможности людям, которые изначально не могли себе позволить их, государство обязывало этих людей далее работать на него. Учитывая блестящую военную подготовку, выпускники первые десять-двадцать лет обязаны были отработать на космофлоте. К концу этой обязательной отработки многие нередко стремительно дослуживались до адмиральских чинов и оставались на флоте. Однако государства очень активно поддерживали тех, кто покидал флот. Такие люди основывали или становились во главе существующих корпораций, увеличивая технологическую и экономическую мощь государств. В силу ряда причин были и те, кто, уходя из флота, не стремился к каким-то грандиозным успехам. Обычно таким пытались создать различные ситуации, которые бы подтолкнули действия человека хоть в каком-то «нужном» для государства направлении. Использовалась масса хитростей: в доме, в котором поживал выпускник, могли переселить всех жильцов определённым просчитанным образом, «случайные» рассчитанные знакомства и встречи, тонкий подбор семейной пары, создание кризисных и экстремальных ситуаций. Если ничего не помогало, то выпускник становился «свободным», то есть, формально, независимым от государства. Государства на такое шли, так как «свободные» самим фактом своего существования выполняли рекламную цель, создавая привлекательность пути универсалов: отслужил на флоте – и ты свободен. О том, какую психологическую цену они вынуждены были заплатить за свою свободу корректно умалчивалось. Кроме того, в военное положение они всё равно привлекалась на службу на флот, создавая некий оперативный резерв с огромным боевым потенциалом.

***

Лекс с Финком быстро передвигались по техническим туннелям. Сначала они пробежали по длинному коридору и спрыгнули в шахту, отводы из которой были в три раза ниже высотой. Пришлось ползти. После многочисленных поворотов они выбрались в какие-то коридоры, где на смонтированных опорах были подвешены различные кабели. Освещения не было и пришлось использовать наплечные прожекторы, предусмотрительно захваченные Лексом в какой-то одной из комнат, которые они пробегали, погружаясь в технические глубины корабля. На этом уровне Лекс сбавил темп и теперь они просто бежали вдоль бесконечного коридора, изредка сворачивая в попадавшиеся ответвления коридоров.

— Ну Финк теперь только приятная прогулка. А ты боялся всяких неприятностей. Сейчас немного пробежимся, как раз до грузового отсека.

— Это получается оттуда можно на правую палубу. С корабля уйти всё равно не дадут. Но можно попробовать дальнюю связь врубить прямо с курьера.

— Доберёмся до грузового, там видно будет. Может окажется что руды уже нет и всё закончилось пока мы с тобой тут спортом занимаемся.

— Это получается надо нанять команду профи, полностью зачистить корабль, если применялось ЭМИ оружие, это значит надо к кораблю как минимум боевую платформу подогнать. И всё это в СЦМ! А потом, значит, стянуть с грузовых все контейнеры с полуметаллической рудой и уйти? Да стоимость всей операции такова, что проще эту руду купить раз этак в пятнадцать больше!

— Ну да, нестыковочка получается.

— Или это просто все для отвода глаз от чего-то другого. Например, устранения. Или уничтожения корабля. Или рядом ещё что-то происходит, а нашим событиям отведена роль фона.

— Это ж кого тут надо устранять, чтобы так маскироваться? А корабль – да кому эта отсталая грузовая лоханка сдалась? Точка встречи выбрана тоже не случайно. Это уже пространство СЦМ, конечно, но тут на несколько систем нет даже обитаемых миров.

— Если подумать, кандидата на ликвидацию только два – ты да, возможно, Лаэра, и то, только потому что я её не знаю.

Лекс ответил не сразу.

— Я не знаю ничего такого чтобы вот так вот из-за меня прокручивать такое. Да, я универсал. Много где бывал и видел. Но ничего особо такого из того, что не видел бы другой универсал. И ценность, я не считаю, что представляю сильно уж большую, чтобы для её уничтожения такую операцию проворачивать. Нейросеть интересная, конечно. Так у любого универсала она практически персональная, так как фактически дорабатывается под него почти десять лет.

— А Лаэру ты её хорошо знаешь?

— В академии учились вместе. Но прошло много времени. Достаточно для того, чтобы понимать, что тот образ, который ты узнаёшь, уже наверняка не соответствует той же личности, о которой остались воспоминания.

Парочка добежала до очередного ответвления, закрытого какой-то массивной дверью и остановилась. Лекс отыскал сбоку какой-то лючок и немного повозившись открыл. Потом он уселся рядом с дверью и извлек из одного из утолщений своего костюма футляр с инструментами. В футляре находились различные предметы, преимущественно вытянутой формы. Лекс взял один в руки и поднёс к лючку. Через нейросеть Лекс подключился к предмету и активировал его. Передняя часть предмета ожила, раздвинулась и оттуда выползли тонкие щупальца, которые потянулись во внутренность лючка. Внешне это походило на большое насекомое с множеством длинных мохнатых передних лапок. Лекс аккуратно покручивал предмет, который копошился в стене за лючком. Перед его взором начала вырисовываться дополненная реальность: общая схема исследуемого устройства, общий вид, физические свойства, электрическая схема. Одновременно с этим, появился список наиболее вероятных известных устройств, которыми мог бы являться объект исследования. По мере увеличения информации об объекте список уменьшался. Наконец, через несколько минут, анализ был завершён, в списке присутствовало девять наименований. Лекс вызвал дополнительное меню и уточнил тип корабля, его возраст, назначение. Нейросеть отфильтровала список и оставила одно наименование – идентификационный модуль управления ИМ638ПРО12СЗУ. Лекс выбрал его и в появившихся пунктах указал «скрытное подключение». Предмет немного повозился за стенкой и появился отчет о выполнении команды. Аналогичным образом, Лекс отключил отправку телеметрии в общую корабельную сеть, встроил имитатор отклика на запросы из сети, изменил несколько настроек устройства и дал команду на разблокировку двери. Дверь медленно открылась. Заложив в устройство нехитрую программу, которая бы восстановила состояние взломанного устройства до первоначального, отменив все изменения, Лекс закончил работу и отправил команду на отключение и свертывание универсального портативного технического комплекса. Ручное «насекомое» ловко сложилось обратно в продолговатую толстую трубку и Лекс убрал его обратно в футляр, который словно врос обратно в том же месте костюма, откуда Лекс его извлекал. Финк поглядывал вдоль по коридору, на автомате контролируя обстановку, и с интересом наблюдал за ним.

— Быстро!

— Корабль старый. Все его уязвимости давно известны и стары как он сам. Проходим, дверь через 7 минут закроется. Придётся подождать и убедиться, что всё нормально.

— Мог бы сделать быстрее.

— Может и мог, но это самое быстрое и простое. Восстанавливающую программу управляющий блок этого модуля сам затрёт через некоторое время при проверке и обновлении памяти. Так что — всё чисто и незаметно.

— Можно разобрать тут всё и установить факт подключения.

— Эта версия не устанавливает механический контакт.

— Слышал про такие УПТКашки. Но в работе никогда не видел.

— На концах каждого щупа есть ещё куча гибких щупалец, этакий «ворс», который обвивает точки подключения, но не касается их, и устанавливает полевое соединение. Конечно, если надо закачивать значимую мощность сигнала, то надо подключаться напрямую, а для информационного взаимодействия этого достаточно.

— Приятно с вами, универсалами, работать.

Лекс приладил лючок обратно. Финк критически смотрел на старания напарника и после того как процесс был изрёк:

— Только вот по лючку можно определить, что его снимали недавно!

— Это да. Съём заглушки технологического отверстия как правило скрыть полностью невозможно и это остаётся самым узким местом. Но эти вопросы обычно иначе решаются.

— Наблюдение и контроль помещения за дверью?

Лекс весело ухмыльнулся.

— Даже современные конвертеры при запуске и отключении так кратковременно фонят, что рано или поздно средства контроля выходят из строя. Да и что тут контролировать? Работоспособность самих конвертеров оценивают косвенными методами.

Они прошли за дверь и дождались её закрытия. Лекс двинулся дальше. За коротким переходом была ещё одна дверь, отодвинув которую Лекс замер. За дверью находилось большое помещение, в котором в шахматном порядке были расставлены цилиндры. Верхняя часть большинства цилиндров тускло светилась и издавала очень тихое гудение. Финк выглянул из-за плеча напарника и передёрнул плечами.

— Слушай Лекс, а другого пути нет? Я согласен побегать, чем вот тут ходить. Мне как-то от подобной штуки так прилетело, что меня потом до конца операции как мешок таскали, ещё потом и курс реабилитации проходить пришлось.

— Энергетические конвертеры. Если встать рядом с активным, то часть поля на тебя замкнётся. Защита, правда, сработает, но тебе уже будет всё равно. И судя по количеству активных пар корабль движется. Этого я не ожидал. Проходить тут стало гораздо труднее. Хотя есть и плюс – когда будем проходить вряд ли внезапно включится какой-нибудь конвертер.

— На корабле же маяки. Любое движение сейчас – это сход с маршрута.

— Корабль может двигаться по маршруту.

— Это нарушение регламента проверки. Мы не докладывали о успешном завершении проверки. Движение сейчас не предусмотрено контролем.

— Значит маяки глушат. Судя по быстроте и качеству захвата корабля это даже не удивительно. Интересно куда идём.

Лекс смотрел на помещение. Вызвав визуальный интерфейс нейросети, Лекс активировал анализатор пространства. Дополненная реальность подкрасила пространство зала в различные цветовые тона, границы которых были размыты. Пространство между светящимися цилиндрами светилось ярким красным цветом, который терял интенсивность по мере удаления и плавно изменялся на жёлто-оранжевый цвет, а затем и на зелёный. Таким образом, все видимое пространство было раскрашено на безопасные и небезопасные зоны с различной степенью риска.

— Финк, у тебя стандартное снаряжение с собой?

— Костюм и его снаряжение штатное. Импульсник как у тебя. В ногах по ракетному ножу.

— Отлично. Значит так. Становишься за моей спиной. Идём шаг в шаг.

Они медленно стали пробираться по залу где-то убыстряясь, а где-то замедляясь, продвигаясь вперёд и возвращаясь обратно. Через полчаса такого брожения они наконец-то вышли к двери на противоположной стороне зала. Лекс взломал и открыл дверь и они покинули зал.

— Преобразовательную прошли. Генераторную мы обогнём. Полчаса бега и попадём на правую взлётную.

Через полчаса они уже лезли по вентиляционным туннелям около лётной палубы. Финк тихо выбрался в одно из технических помещений рядом с взлётной палубой. За ним вылез Лекс.

— На палубу соваться просто так нельзя, там видеоконтроль точно должен быть. Лекс, в этих помещениях его точно нет?

— Точно. Корабль старый. Это современные корабли проглядываются полностью при желании. В этом наблюдением закрыты только тактические точки.

Они обследовали все помещения и залезли обратно в вентиляцию.

— Давай двигай по первому уровню в обход. С той стороны вход в ангар лучше контролировать. Я за тобой.

Переместившись на нижний уровень вентиляционных тоннелей, они проползли половину пути, когда пол тоннеля под ними стал опасно прогибаться.

— Лекс?

— Это называется экономия при производстве. На этом уровне такого не должно быть. Поэтому по нему и лезем. Наверное, когда капремонт был, на верфи ещё раз сэкономили.

Финк чертыхнулся и полез дальше, каждый раз, как кот на мокрой дороге, подозрительно пробуя упругость пола. Лекс вынужден был отстать. Скорость продвижения замедлилась в разы, но удавалось двигаться тихо.

***

Лаэра сидела в скрытой нише технического помещения правой лётной палубы. После удара ей повезло больше всех, так как её вышвырнуло в открытые двери центра управления прямо в коридор. Она сумела быстро сориентироваться и мягко приземлиться. Учитывая сложившуюся ситуацию, она не стала возвращаться в центр управления, полагая, что с проверяющей парочкой вряд ли что-то случится и они наверняка помогут остальным в случае необходимости.

Всё случившееся указывало на то, что корабль подвергся хорошо спланированной и профессиональной атаке. Лаэра не стала терять время. Быстро пробежав центральные коридоры корабля, она забежала в свою каюту, в которой захватила небольшую сумку-рюкзачёк. Затем быстро добралась до грузовых палуб. Проникнув в вентиляционные туннели в той части помещений, в которых не было видеонаблюдения, она добралась до правой лётной палубы и увидела одиноко стоящий курьерский корабль. Подобные корабли обычно исключали неавторизованный даже доступ на корабль, не говоря уже об управлении, поэтому для Лаэры он был бесполезен.

Лаэра обследовала технические помещения и на скорую руку собрала несложные оптические удлинители. Из сумки она достала футляр, открыв который извлекла из него небольшие шарики. Быстро забравшись обратно в вентиляционный туннель, она разместила один из шариков в отверстии вентиляционной решётки, которая выходила на палубу. Затем проложила кабель – один конец был направлен на вентиляционную решётку, другой свисал в вентиляционную шахту, с этой стороны она прикрепила к кабелю ещё один шарик. Вызвав интерфейс нейросети она подключилась к размещённым шарикам и настроила их. Тот, который торчал в вентиляционной сетке был настроен на узконаправленную оптическую передачу видеопотока из ангара на кабель-удлинитель. Второй шар играл роль ретранслятора – принимал оптический сигнал и осуществлял его узконаправленную волновую передачу вдоль шахты. Разместив ещё две подобных камеры, Лаэра спустилась вниз вентиляционной шахты и подключилась к размещённым камерам. Камеры давали картинку всей взлётной палубы. Сама Лаэра находилась в технической выемке, которая была скрыта со стороны шахты. Таким образом, она обеспечила свою безопасность: со стороны палубы невозможно было обнаружить ни её, ни «электронный фон» приборов слежения, а шахту она контролировала сама, оставив один из шпионских шариков за пределами своего временного убежища. Теперь оставалось ждать. Лаэра была уверена, что если какие-то события и произойдут, то наверняка здесь.

Через два часа ожидания Лаэра почувствовала вибрацию. С камер ничего не было видно. Чуть позже она увидела, что верхние перекрытия, под которыми располагалась ниша, стали слегка «плавать». Через несколько минут она уже могла видеть, как этот импровизированный потолок прогибается вдали под чьей-то тяжестью. «Какой-то идиот ползёт именно по этому уровню», — промелькнула мысль в голове у Лаэры и она достала свой игольник. Верхние панели проседали всё ближе к ней. Лаэра замерла. Панель прямо перед ней прогнулась, тихо затрещала и к ужасу Лаэры громко лопнула. Сверху, с сосредоточенным выражением лица, прямо перед ней пролетел Финк. Создавалось такое впечатление, что он готов был увидеть Лаэру именно здесь и сейчас, так как его импульсник уже смотрел на неё, когда тело Финка приземлилось на пол аккуратно на ноги и одну руку. Игольник Лаэры был направлен прямо в лицо Финку. Мгновение они смотрели друг на друга.

— Привет Лаэра.

— Привет Финк.

***

Игольник Лаэры смотрел прямо в лицо Финку. На Лаэру были направлены два импульсных пистолета: от лежащего напротив Лаэры Финка и сверху от Лекса, голова и руки которого свисали в образовавшейся дыре.

— Господа, где-то я это уже видел. Вроде бы даже сегодня, — негромко проговорил Финк.

Спустя минуту молчания Лаэра спросила:

— Так и будем сидеть тут?

— Лаэра, а где ты была после того как в рубка всех вырубило? Как ты сюда попала? Что ты тут вообще делаешь – уж не караулишь ли когда мы курьер откроем? Если ты очнулась раньше, тебе не пришло в голову помочь находящимся в рубке? Ты спасала свою задницу или караулила нас чтобы вырубить и сдать захватчикам – может ты на них работаешь?

Финка перебил Лекс:

— Зачем ты тут?

Лаэра, чуть помедлив, ответила:

— Контракт на сопро…

— Это я уже слышал. Зачем?

Лаэра посмотрела на Лекса. И ощутила предельную концентрацию внимания, абсолютную уверенность в себе и раздражённое ожидание.

— Предотвращение «потери» груза, устранение любого, кто попытается завладеть грузом, в случае невозможности уничтожения – слежение и контроль. Информирование заказчика каждые два часа об общем состоянии обстановки внутри и вне корабля.

— Как осуществляется связь?

— У меня неавторизованный доступ к передатчику дальней связи корабля.

— Что ты должна передать в подобной ситуации?

— Не знаю. При обнаружении и пропажи хотя бы одного контейнера я должна была немедленно передать красный сигнал. А если весь корабль со всем грузом…

— Когда был последний сеанс связи?

Нейросеть Лаэры выдала тревожное предупреждение. Лаэра подключилась к видеокамерам и увидела в ангаре группу вооружённых людей. Лаэра медленно опустила игольник и жестом показала, что в ангаре кто-то есть.

В ангар быстро, но тихо вошли три человека. Двое из них были облачены в стандартные штурмовые скафандры. Один из них активно сканировал пространство, второй прикрывал напарника. Третий был одет в тяжелый скафандр и вооружён кинетически-индукционной роторной пушкой.

Панель под тяжестью Лекса тихо скрипнула. Лаэра и Финк синхронно повернули головы в сторону Лекса. С громким хлопком панель треснула и Лекс стал падать рядом с Финком. Вся троица пришла в движение. Лаэра моментально выскочила в вентиляционную шахту и полезла вверх. За ней выскочили Финк с Лексом. Спустя пару секунд, то место где они были прошили очереди из роторной пушки. Стена ангара превратилась в решето, пластиковые внутренние панели рассыпались на мелкие кусочки, который защелкали по костюму Лекса, который буквально выпрыгнул в вентиляционную шахту последним, опередив стальной ураган, который пробушевал за его спиной.

Лаэра уже скрылась на верхнем уровне отвода туннелей. Финк и Лекс быстро поднимались по вентиляционной шахте. Сзади них металл и пластик разлетался от очередей роторной пушки, которые ложились всё ближе и ближе. Наконец, атаковавший посчитал что достаточно зачистил два уровня вентиляционных туннелей и начал работать по шахте. Первая очередь прошла снизу вверх, но не по той стороне, по которой лезли напарники. Лекс, который лез за Финком, просчитал подобную ситуацию и как только слева от него прошла очередь перепрыгнул на то, что осталось от поручней на той стороне. А вот Финку не повезло. То ли он поздно начал бросок, то ли из-за того, что был выше и у него времени было меньше — очередь срезала его при прыжке. Финк полетел вниз. Лекс быстро достал предмет продолговатой формы, сильно сжал его и бросил в шахту вслед за Финком. Тело Финка упало на пол шахты, подняв облако пыли и мелких осколков. Вслед упал брошенный Лексом предмет и как только он ударился раздался негромкий хлопок, сопровождаемый мощной световой вспышкой. Нейросеть Лекса испытала перегрузку и переключилась на аварийный режим, тело потяжелело. Лекс рванул вверх. У него были считанные секунды, чтобы выбраться за пределы помещения ангара пока сканеры противников ослеплены мощным выбросом электромагнитного излучения.

Автор: AlexanderS

Источник

Поделиться новостью

* - обязательные к заполнению поля