Андрей Валерьевич отодвинул от себя проект. Вычитка была окончена, и чувство неуверенности постепенно уступало усталости.
«Все равно накосячат, как пить дать, накосячат, – думал он. – Страна „всеобщего высшего“, а принцип устройства холодильника для большинства – загадка, и у каждого монтажника свое представление о том, какой стороной крепить деталь. Закон Мерфи в масштабах страны – это страшно. Но еще хуже, когда выясняется, что ошибка была в проекте. Работягу от силы лишат премии, инженера – съедят живьем. Самое досадное, что проблема реализации при этом бросает тень на все бюро. Претензии, разбирательства, экспертиза. Будем потом всем коллективом разъяснять, почему мы не спроектировали эту балку так, чтобы закрепить ее можно было лишь в единственно верном положении. А если, не дай бог, жертвы? В этом чертовом мосте только натяжных тросов 16 видов используется. Можно заложить двойной или тройной запас прочности, можно предусмотреть разрушение одной-двух опор, но человеческая ошибка – вещь плохо предсказуемая. Если на то пошло, в любом большом проекте ошибки практически неизбежны, и все отчаянно нуждаются в таком переменчивом факторе, как удача. Да еще эти умники из госприемки, все норовят перевернуть с ног на голову. Госкомиссия – это, конечно, тяжело, но пусть лучше так. По крайней мере, будет на кого показывать пальцем, хотя крайние все равно окажемся мы».
Он встал из-за стола и побрел в гостиную. По дороге взглянул в зеркало и с неудовольствием отвернулся. Засунув руку в карман висящего на вешалке пиджака, выудил мобилу и, внезапно передумав, пошел на балкон. На улице смеркалось, затянутое облаками небо еще быстрее приближало ночную тьму. Помедлив пару минут и посчитав, что надышался достаточно, Андрей набрал телефон шефа.
Читать полностью »
